Правильно ли я поступила, отдавшись Ледову? Что будет дальше?

Ведь кажется, всё было довольно просто. Надо мною перестала висеть угроза. Рядом — был мужчина, который меня желал, и которого желала я. Так в чём же была проблема?

А проблема вырисовывалась самая простая. Глеб меня принудил к тому, в чём я сейчас и барахталась. Вот только первопричина была устранена. Больше не имелось того, кто стал причиной моего нахождения возле Ледова. Я могла стать свободной.

— Можно?

Дверь приоткрылась, и в проёме появилась голова Маруси. Я тепло улыбнулась дочери Глеба.

— Заходи, — кивнула в ответ.

Села на постели, оправила ночную рубашку. И когда только успела её надеть?"

"— Папа сказал — побыть с тобой, — призналась Маруся. — Но если бы не сказал, я бы всё равно пришла к тебе.

Обезоруживающее признание, что и говорить.

— Вот и побудь, — кивнула я в ответ. — Можем немного поболтать, а потом, например, вместе испечём чизкейк.

Кулинария не была моей сильной стороной, и почему я вдруг предложила дочери Глеба именно это, для меня оставалось загадкой. Но Маруся просияла в ответ и, присев рядом со мной на край постели, заявила:

— Испечём! И хоть я не умею — посмотрим рецепт в интернете.

И я не стала сдерживаться — расхохоталась в ответ на её слова.

31

Мы извозились с ног до головы, хотя ингредиентов в торте оказалось не так уж и много. Я поймала себя на том, что заметно расслабилась в компании Маруси. Да и сама девочка радовалась нашему времяпрепровождению так искренне, что я постоянно улыбалась.

— Папе точно понравится торт! — заверила меня Маруся, когда мы поставили чизкейк в духовку. — Особенно когда он узнает, что это мы с тобой его приготовили.

— Я тоже так думаю, — кивнула, не особо заостряя внимание на ее словах. — А теперь мигом в душ и переодеваться. А то мы все по уши в сливочном сыре.

Мы с дочерью Ледова отправились каждая в свою комнату, и стоило мне только остаться наедине с собой, как меня тут же охватили те же мысли, что и раньше. Стоило признаться самой себе — чем больше времени проходило с нашей совместной ночи, тем сильнее было какое-то… разочарование, что ли?

Направившись в душ, чтобы привести себя в порядок и успеть выйти из него до того, как наш чизкейк превратится в сожжённую массу, я приняла решение.

Нужно будет поговорить с Ледовым и обсудить всё, что меня волновало. Прежде всего, случившееся вчера. А потом уже я стану делать какие бы то ни было выводы. Если, конечно, ко мне вернулось это право, которое было отнято без моего спроса.

Глеб вошел на кухню в тот момент, когда мы с Марусей доставали торт из духовки. Я почувствовала, с какой силой застучало моё сердце. Настоящий калейдоскоп самых противоречивых эмоций снова захлестнул с головой.