В этот момент мне больше всего хотелось закрыть глаза и не испытывать страха, усмирить учащённое дыхание, но от охватившего ужаса во рту всё пересохло, правой рукой я судорожно сжимала ручку двери, а левой упиралась в центральную консоль.

Он был упрям в своём желании услышать мою мольбу, но и я была не менее упёрта. Ненавидела, когда мной пытались манипулировать. Дрожащими руками с трудом добралась до ремня безопасности и отсоединила его, сжимая до скрежета зубы.

– Верни ремень на место, – прозвучало холодно.

– Раз уж решил попасть со мной в аварию, то на этот раз я хочу наверняка и насмерть."

"Он мельком взглянул на меня и начал сбавлять скорость, после чего и вовсе остановил машину. Его руки напряжённо прошлись по коже руля, сжав длинными пальцами нижнюю часть. Он тоже тяжело дышал, продолжая оставаться на пределе, напряжённый и взвинченный.

Самым странным в этой ситуации было то, что, несмотря на страх, я испытала возбуждение. Когда видела, как он управляет машиной на огромной скорости, как пальцы сжимают руль, переключают механическую коробку передач, как сжаты челюсти от охватывающих его чувств, когда просто видела его красивый профиль, на котором угадывались сильные эмоции. Ревность? Вот и я поняла теперь, отчего ему так хотелось, чтобы я ею мучилась. Ядовито-сладкое чувство триумфа теплом опаляло моё нутро. Я стыдилась этого и одновременно наслаждалась.

Повернулась к нему боком, не в силах скрыть улыбку, что так и норовила залезть на губы. Сейчас, когда страх остался позади, во мне играло веселье. Клим считал это по моей расслабленной позе.

Не знаю, откуда во мне появилась эта смелость, почему я забыла про вереницу девушек, что он водит в постель, и то, что я могу также оказаться одной из многих. Ненадолго. На время. Но сейчас мне нестерпимо хотелось вновь почувствовать вкус его губ, и я потянулась к нему, запуская в его волосы пальцы, притягивая к себе. Он был удивлён, явно не ожидая подобного. Помогать мне не стал, но и не отталкивал. Он даже не отвечал на поцелуй, замер, не двигался.

Я отстранилась в судорожной попытке скрыть разочарование, в то время как Клим разворачивал автомобиль, явно намереваясь вернуться в город. Поездка прошла в гнетущей тишине. Меня сжигал стыд от собственной глупости, ненужности.

У Клима была интересная особенность. Он мог быть со мной рядом каждый день, приезжать ко мне, звонить, интересоваться самочувствием и тренировками. Создавалось впечатление, что я ему важна и, может быть, даже нужна, а это вызывает зависимость.

Спустя две недели с нашей последней встречи, когда я поддалась чувствам, а он просто привёз меня к бабушке и сухо попрощался, даже не посмотрев в мою сторону, данное утверждение разрушилось об стену абсолютного молчания.