Мы с Лерой быстро расставляем на столе тарелки под торт, кружки для чая. Марк выносит сам торт. Точнее не торт, а произведение искусства. Я тут же делаю несколько фото на память.

— Кстати, папа, — вдруг говорит Марк, — я вот послушал дядю Мишу и понял, что вы с мамой никогда не рассказывала мне, как познакомились. Когда спрашивал, уходили от ответа. Что вы скрываете?

— Сын, да чего скрывать, — машет рукой Виталий Степанович. — Ты просто маленький был, когда спрашивал, а потом перестал спрашивать.

— В 14 лет маленький? — засмеялся Марк. — Рассказывай, давай!

— Я твою маму украл.

— Что? — восклицаем мы все одновременно. Елена Михайловна лишь скромно улыбается такой реакции.

— Да, прямо со свадьбы. Точнее с выкупа невесты, — продолжает отец Марка. — Родители хотели выдать ее замуж за друга семьи, чтобы он дал им денег на развитие бизнеса. Я тогда случайно мимо проезжал. Увидел все это движение во дворе. Стало интересно. На меня никто внимания не обратил даже, когда я к дому подошел. Заглянул в первое же окно, и увидел ее, прекрасную невесту в белом платье и горько рыдающую. Так погано на душе стало. Пока веселье во дворе продолжалось, я обошел дом, зашел через заднюю дверь, быстро нашел комнату Лены, подхватил на руки и побежал к выходу.

Через огороды донес до машины, которую оставил тогда в переулке, усадил на заднее сидение, попросил пристегнуться и дал по газам.

— С того дня я не видела родителей. Они не пытались выйти со мной на контакт. Передали через общих родственников, что дочери у них больше нет, — грустно добавила Елена Михайловна. Только в этот момент я осознала, что за столом действительно нет только ее родителей. — Зато я обрела прекрасную семью в лице любимого мужа, свекров и сына, который появился у нас через 10 месяцев после побега.

Я влюбилась в Виталика с первого взгляда. Стоило только заглянуть в его карие глаза и увидеть озорную улыбку. Он покорил меня своей смелостью, очаровал красивыми словами, доказал свою любовь поступками. Я ни дня не пожалела, что доверилась ему, уехала с ним, ничего не имея за душой.

— Люблю тебя, родная, — говорит Виталий Степанович, а я чувствую, как слезы текут по моим щекам. Какая история… Теплые пальцы скользят по скуле. Поворачиваю голову.

Ваня осторожно стирает мои слезы, ласково улыбается.

— Ты такая эмоциональная, — шепчет он.

— Очень трогательная история, — отвечаю я. Лера тоже шмыгает носом."

"— Если я вдруг решу начать писать романы, то первые мои книги будут посвящены вашим историям, — говорит она родителям.

— Ой, о вас с Марком тоже хоть фильм снимай, — говорит мама Леры и крепко обнимает дочь.

— Сейчас потоп будет, — смеется дядя Миша. — Мы тут собрались по хорошему поводу, а вы слезы льете. Минутка ностальгии прошла.