Сейчас барабанные перепонки лопнут. И это он в коридоре кого-то отчитывает, а не передо мной гнев выплескивает.

Похоже, грозного криминального босса кто-то очень сильно разозлил, раз он не стесняется в выражениях. Так еще и ко мне залетает, словно выпрыгнувший черт из табакерки.

Глаза бешеные. Губы сжаты в наитончайшую линию. Руки сжаты в кулаки. Лицо как будто гримаса самого Дьявола. На нем обычные джинсы и серая майка. Еще не успел излюбленный костюмчик надеть.

Фыркаю, бросив на него последний взгляд, и возвращаюсь к зеркалу. Последний штрих. Я полностью готова. Аж в предвкушении от предстоящей встречи.

Чего, походу, не одобряет Феликс, резко поймавший меня под локоть и прижавший к стене. Смысла вырываться нет. Но и стоять столбом я не намерена. Поэтому со всей силы толкают его в грудь, пытаясь сдвинуть с места. Но он как будто прирос к полу. Каменная глыба, мля.

- Я из-за тебя опоздаю, - ныряю под его рукой и поправляю синюю блузку. Не дай Бог где-то неопрятно буду выглядеть.

- Куда именно? - скрещивает руки на груди и выжидающе смотрит.

Молчу. Пусть нервы еще больше у него поднимутся. Ведь мне чертовски нравится его дразнить. Как сумасшедшая жду его реакции. Как дура потом расстраиваюсь, что он не со мной от негативных эмоций избавляется.

- Майя, ты вдруг оглохла? - проверяю сумочку - все ли я взяла. Так, помаду не положила, упущение. - Твою мать, Инна, отвечай немедленно!

- Харе орать, Романов, - на меня словно ушат ледяной воды вылили от упоминания старого имени. - И не смей больше вспоминать прошлое время. Меня по-другому зовут. Представляешь? - прохожу мимо него, пока он снова не схватил и не устроил скандал. - Да будет вам известно, мистер Романов, что сейчас я иду обедать с Марисоль Фаррелл. Она любезно пригласила меня в какой-то чудный ресторанчик с видом на огромный фонтан.

Театрально глаза закатываю, прижав руки к груди. Прямо расплачусь сейчас от умиления. Нашла себе подружку в Вегасе за один вечер. Это так прекрасно, что блевать охота. Ненавижу всю эту чепуху типа дружбы и любви.

Не существует их. Есть лишь огромная выгода и бешеная страсть. Остальное хрень полная.

- А как же мистер Фаррелл? - гаденько усмехается Феликс, выходя следом за мной из комнаты.

Мысленно проклинаю Романова, прося послать на его голову кару небесную. Торможу около лестницы и, натянув на лицо милейшую улыбку, поворачиваюсь к Феликсу. Он хмыкает. Довольный такой, как тысяча чертей.

Лимон бы ему дать, чтоб перестал лыбиться. Бесит. Врезать по морде охота.

- Мистер Фаррелл, - имя как яд смертельный. - пусть еще промаринуется, - прислоняюсь задницей к перилам и задумчиво чешу подбородок. - Пусть слюни на меня пускает. Мечтает увидеть. Дотронуться. Поговорить.