Физической боли нет, но откуда тогда ощущение, что оттуда по телу начинает разливаться яд?

Проходит какое-то время, прежде чем я перестаю бессмысленно пялиться в одну точку и потихоньку прихожу в себя.

Поговорила, блин, расставила точки над «и».

Во рту стоит привкус горечи, а душу терзает жгучая обида, ведь главное — за что он так со мной — я так и не выяснила.

Как по мне, у человека нет и не может быть причин для такого скотского поведения.

У человека нет. Но передо мной сегодня был не человек — зверь. Одержимый безумец. Мне уже не забыть его дикого горящего взгляда и ярости, с которой он выплевывал свои нелепые обвинения.

Зачем я вообще отправилась с ним поговорить? Нормальная девушка после всего, что услышала и увидела до этого, его бы на одну планету с собой не подпустила, а я…

Опускаю голову и болезненно морщусь, вспоминая презрение в его взгляде. Господи, что за подонок станет так унижать девушку? Беременность у меня мнимая, видите ли. На деньги его претендую, видите ли.

Да если бы не беременность, я бы ни за что не решилась на разговор. Это он виноват, что не успела рассказать о беременности раньше, ведь хотела.

Ладони сами с собой сжимаются в кулаки, а дыхание учащается. Да пошел ты, Назар Исаев!

Я ему, видите ли, не подхожу. Фига с два — это ты не подходишь мне. Мне и нашему, нет, моему ребенку — этот малыш мой и только мой."

"В конце концов, его отец — Назар Иванов, а не Назар Исаев. А раз Назара Иванова нет существует, значит… на нет и суда нет.

Не нужен моей кровиночке такой отец. Дал жизнь, и на том спасибо, на этом наши пути расходятся. Навсегда.

Я хватаю сумку, встаю с лавочки и иду на остановку. Хватит слезы лить и себя жалеть, новая работа сама себя не найдет.

Вскоре выхожу из маршрутки и иду к дому, а когда прохожу мимо витрины магазина косметики, натыкаюсь на баннер: «Только сегодня скидка 25 % на все виды красок».

Купить, что ли? Прекрасно понимаю Лену, которая после той ситуации с Виктором Исаевым уволилась, а вскоре еще и перекрасилась в шатенку. Даже не знаю, не уволь меня Озвериныч, смогла бы я работать в «Астории» и постоянно натыкаться на Назара? Передергиваю плечами от такой перспективы.

Я замираю у витрины и задумчиво изучаю коробки с красками. Оно-то, конечно, хочется что-нибудь изменить в себе, но с другой стороны, как краска скажется на беременности — это раз, и сколько будет стоить на мои длинные волосы — это два. Мне сейчас не транжирить надо, а беречь каждую копеечку.

Нет, не стану тратить деньги. А новая жизнь у меня начнется и без нового цвета волос. Что там, уже началась.

Я кладу ладонь на живот и легонько провожу сверху вниз.

Неизвестность страшит, но одно я знаю наверняка: сделаю все, чтобы мой малыш был счастлив.

Когда захожу домой, тетя сразу вылетает в коридор.