Что, если Яна дома нет? Что, если он действительно решил забыться в чьих-то чужих объятиях?

И имеет на это полное право, - ядовито замечает внутренний голос. Но сердце с ним - несогласно! Сердце несется вскачь, напрочь отбивая способность мыслить рационально."

"Я нажимаю на звонок, едва ли не начиная молиться о том, чтобы Ян оказался дома. Проходит несколько мучительных мгновений, в течение которых сердце тяжело, надрывно бьет в грудную клетку, как в набат. Но наконец дверь распахивается и передо мной предстает Ян. Чуть взлохмаченный, кажущийся немного заспанным. Картина, настолько привычная мне, что внутри что-то тоскливо екает.

- Рита?

Он явно удивлен. Не мудрено, я и сама поразилась бы своему поступку, позволь я себе об этом размышлять.

Я делаю шаг вперед, проходя в дом, и когда Ян закрывает за мной дверь, поворачиваюсь к нему лицом и говорю:

- Я чертову уйму бессонных ночей и бесконечно долгих дней думала обо всем, что случилось. Обо всем, во что превратился наш брак, во что превратилась моя жизнь. А сейчас… я больше не хочу думать. Ни о чем. Я хочу только чувствовать. Чувствовать себя живой. Чувствовать тебя… рядом.

Я отбрасываю в сторону пальто и, встречая своими глазами взгляд Яна, что следит за мной, едва ли не прожигая насквозь, тяну вниз лямку платья. Первоначальный порыв просто увидеть мужа перерастает в какой-то яростный голод при виде него - элегантно-растрепанного, незнакомо-родного, и все равно - моего. Только моего.

Под взглядом Яна платье падает к моим ногам, обнажая меня такой, какая я сейчас есть. Немного неуклюжую с прилично округлившимися животом, с поплывшими формами и прочими прелестями беременности. Я внимательно слежу за мужчиной, стоящим напротив, желая понять его реакцию,  но в нем ничего не меняется. В глазах плещется такой же животный голод, что снедает и меня саму.

- Отнеси меня в спальню, - прошу севшим голосом. - А после… мы все выясним. Раз и навсегда.

И, когда Ян осторожно подхватывает меня на руки и впивается в губы поцелуем, я повторяю, словно желаю напомнить о том сама себе:

- Все это - после…

Часть 40. Ян

То, что она говорит… то, что предлагает – это как пуля, выпущенная в висок собственными руками. Знает ли Рита, насколько желанна? Понимает ли, что сделаю с ней после ее просьбы?

И как бы то ни было, я даже теперь не уверен, что у нас все может быть иначе. Оттого и настолько жадно беру Риту, усадив поверх себя. Оттого и двигаюсь в ней с таким рвением, словно кроме нашей близости не может быть ничего более важного. Впрочем, так оно и есть.

- Яяяян… - выдыхает жена, когда я насаживаю ее на себя, обхватив ладонями за талию.

Да, именно талию, которую Рита сумела сохранить, несмотря на свое положение. Хотя, даже если бы она этого не сделала – менее желанной не стала бы.