Некоторое время Элеонора разглядывает меня с прищуром в глазах, после чего открывает дверь шире и кивает в нутро квартиры.

- Заходи.

Это… неожиданно. Но спорить, разумеется, самое глупое, что можно сделать в моем положении.

Разувшись, прохожу следом за бабкой на кухню, где она указывает на один из стульев. Напитков не предлагает, да я на то и не надеюсь. Просто садится напротив и так и продолжает на меня смотреть. Не думал, что настолько хорош, чтобы на меня глазеть минуты напролет.

- Я хотел сказать Рите… нет, не так… я хотел извиниться перед Ритой за то, что она услышала, когда мне позвонила.

Элеонора кивает, подергивает плечами и выдает то, что я знаю без нее:

- Вы же все равно разводитесь. Ты волен делать все, что угодно.

- Но я не делаю все, что угодно! Аманда оказалась в моем доме без моего ведома.

- Ммм. А так, с виду, и не скажешь, что что-то можно сделать в твоем же доме без твоего ведома.

Черт, она ведь права на все сто. И это злит. Но злюсь я не на Элеонору, а на себя.

- Где Рита? С ней все в порядке? - спрашиваю осторожно, не зная, какой ответ могу получить на заданный вопрос.

- Где она - я тебе, разумеется, не скажу.

Но она в безопасности… гораздо большей, чем если бы оставалась сейчас рядом. С вашим ребенком все в порядке. А с Ритой…

Элеонора делает паузу, то ли намеренно, то ли подбирая слова. Я мгновенно напрягаюсь и даже подаюсь к ней. Впившись глазами в ее лицо, пытаюсь прочесть по нему хоть что-то. Ведь у Элеоноры есть полное право не ответить мне сейчас и выставить из своего дома к чертям.

- С Ритой все гораздо лучше, чем могло быть. Она снова рисует.

- А переставала?

Тут же хочется ударить себя по лбу, забрать произнесенные слова назад, но… они уже прозвучали.

- Как многого ты не знаешь о своей жене, Ян, - качает головой Элеонора. - И мой тебе совет: постарайся это исправить, если все же она останется рядом с тобой.

Раньше я бы сказал, что совершенно не нуждаюсь ни в чьих советах. Но сейчас, когда моя жизнь, мой брак, да и я сам по уши в дерьме, совсем не хочется отмахиваться от разумных слов. Напротив, я должен принимать их с благодарностью.

- Спасибо… если вы увидитесь с Ритой, точнее, когда увидитесь, передайте ей, пожалуйста, чтобы она мне позвонила. Сама она вряд ли подойдет к телефону.

- Это точно, - кивает Элеонора с улыбкой, в которой, впрочем, нет радости.

- Не подойдет. И позвонит ли тебе, обещать не могу."

"Поднявшись из-за стола, возвращаюсь в прихожую, где не без труда надеваю обувь. И все время так и продолжаю чувствовать на себе внимательный взгляд.

- Почему вы не указали мне на выход? - наконец совладав с кроссовками, задаю вопрос Элеоноре. - Я что-то не припомню, чтобы когда-либо вам нравился.

С губ Ритиной бабушки срывается тихий смешок.

- Это точно. Всегда советовала внучке найти кого-нибудь помоложе.