Илья неожиданно склоняется к Милане, и девчонка резко вжимается в спинку кресла, глядя на брюнета своими огромными перепуганными глазищами. Нелепая.

Брюнет усмехается:

- Ремень пристегни, приблажная! - поднимает ладони вверх, отодвигаясь. – А то ноги обмочишь, – намекая на то, что ездит он не всегда по правилам. Да и ведёт себя так же.

Девушка хватает широкую лямку и вытягивает её почти на всю длину. Пересекает ремнём грудь и щелкает замком. Илья бросает короткий взгляд на ремень безопасности и, нажав несколько кнопок на панели, пристёгивается сам.

В салон начал поступать тёплый воздух, а сиденье, на котором ёрзала блондинка, с каждой минутой становилось теплее.

Это он для неё сделал? Надо же… какое благородство…

До элитной высотки новоиспеченные «почти родственники» добрались в полном молчании, слава Богу.

Милана то и дело искоса посматривала на брюнета. И всю дорогу пыталась найти объяснение тому, почему она сейчас здесь? Почему после того, что произошло ранее, она так просто села к нему в автомобиль? Чтобы выцарапать ему глаза? Дура… наивная и недалекая… правильно говорят, что наличие высшего образования, ещё не говорит о наличии ума.

Хотелось бы верить, что произошедшее в туалете — полное недоразумение. И что подобное больше не повторится. Он доходчиво объяснил, что ей лучше не высовываться. Она так и сделает. Будет мышкой. А там, глядишь, и сгладятся все углы. Нужно просто забыть, выкинуть из головы это постыдное воспоминание.

Автомобиль, тихо урча, въезжает на подземную парковку. Занимает своё парковочное место и Мила, не дожидаясь, когда заглохнет двигатель, щёлкает замком ремня и пулей вылетает из машины.

Пожалуй, это были самые странные полчаса в её жизни.

Впервые они, находясь в такой близости друг от друга, молчали. Ни единого слова. Никаких привычных колкостей или оскорблений.

Илья, сдерживая улыбку, выходит за девчонкой. Ни без интереса наблюдая за тем, как её упругие ягодицы быстро раскачиваются из стороны в сторону. Ловким движением девушка достает из заднего кармана резинку для волос и, поднимая руки, пытается собрать непослушные пряди. Взгляд Леднёва падает на обнаженную поясницу. Свитер Назаровой задрался, являя её взгляду тёмный узор.

Тату? У неё там что, набита татуировка? Ах, ты ж скромница! Он голову даёт на отсечение — мать не знает!

Погасшее возбуждение вспыхивает вновь, как сухая трава от искры.

Он сейчас же хочет раздеть заучку и посмотреть, что скрывается под её водолазкой.

Ускоряет шаг… но Мила оказалась быстрее. Хочется расхохотаться, глядя на то, с каким усердием она тычет на кнопку вызова. Раз за разом. Будто это поможет.

Когда двери лифта разъезжаются в стороны, брюнет уже рядом. Даже он чувствует то напряжение, что виснет над ними грозовой тучей.