Неужели, по-вашему мнению, я похожа на сплетницу или шантажистку?

— Но вы ведь намекнули, сказали, что так быть не должно…

Я всмотрелась в темные глаза девушки, в которых читалось такое явное осуждение.

— Я хотела сказать, что вам нужно отдыхать. Что нельзя так много учиться, а вы такое обо мне подумали. Я бы никому не стала ничего рассказывать. Это очень обидно. Я ни в коем случае не осуждаю, что вы вот так уснули здесь. Наоборот, очень рада, если вы смогли комфортно отдохнуть. Я волнуюсь лишь о вашем состоянии.

Да уж Мэри, ты просто замечательный человек. Сначала заснула в чужой комнате. Потом без вины обидела добрую девушку, которая тебя, между прочим, и одеялом накрыла, и даже чай приготовила.

Киттерина поставила чай на прикроватный столик и встала. В ее глазах было что-то очень знакомое. Я увидела осуждение, очень схожее с тем, как в моменты, когда на меня также смотрел Нэйта. Это тут же отозвалось ноющей болью и стыдом.

— Киттерина, простите меня, — честно сказала я. — Я очень неправа.

И тут из меня хлынул поток правды, который я не могла рассказать никому. И настолько отчаялась, что вот сейчас, выставив себя полной дурой, захотелось хоть кому-то, даже мало знакомому, во всём признаться:

— Просто у меня ужасная неделя. Я провалила первый тест по зельеварению. Поругалась с соседкой по комнате. Мой отец присылает мне портреты стариков, за которых хочет выдать меня замуж. Мне очень одиноко, — мой голос истерично дрогнул, я даже смяла глупый чек, который держала в ладошке. — А еще я влюбилась в парня, а он не желает меня знать. И, наверное, правильно делает, потому что я та еще идиотка. Обидела вас, а теперь еще зачем-то взваливаю на вас все свои проблемы.

Я не знаю, что на меня нашло. Усталость? Беспомощность? Невозможность хоть с кем-то обсудить всё это?

Я просто вывалила все, что только можно было на Киттерину, и теперь мне было ужасно стыдно. Хотелось провалиться сквозь землю.

Я не знала, что делать. Однако ощущала, как к горлу подступает ком, а из глаз вот-вот готовы были хлынуть слезы. Но нет! Уж разрыдаться перед незнакомкой я никак не могу.

Нужно было сбежать. Это самый правильный вариант. Но когда я встала, чтобы просто уйти, девушка перегородила мне путь.

— Киттерина…

— Китти, — неожиданно поправила меня она. — Честно, я очень устала делать вид, что я хоть сколько-то отношусь к высшему свету. Я не бастард. Я из самой обычной работящей семьи. Совершенно не понимаю эти глупые правила, когда все вокруг такие кислые, никто не улыбается. И кого бы я не пригласила выпить со мной отвар, они его не пьют, словно боятся отравления. Моя семья отказывает себе во всем, чтобы я могла учиться, а я… я списала на последнем тесте. Потому что, наверное, не такая умная, как хочу казаться.