А значит, нужно было выбрать другой объект, чтобы влюбиться.

— Как можно выбрать в кого влюбиться? — уже не сдерживаясь, со злостью спросила я.

— Легко, — хмыкнул он. — Просто взять и выбрать.

— Тогда это не любовь, а расчет.

— Мэри, не обижайся, но книга и правда глупая. И вся эта ситуация, вытянутая автором за уши, про героев глупая. Мне было смешно читать некоторые моменты. Потому что сюжет часто походил на комедию. Их союз так же глуп и смешон, как если бы мы с тобой решили пожениться.

Это был удар под дых. Я встала как вкопанная, но чувства были, словно на меня вылили кипяток.

Да, я действительно проводила параллель книги и наших отношений. Мне казалось, что эта история так на нас похожа. Богатая леди, бросившая все ради рыцаря. И рыцарь, который пошел против устоев и боролся за любовь прекрасной леди.

Я перечитывала эту книгу сотни раз и верила, что раз герои любимой книги справились, то и мы с Нэйтом можем быть вместе.

Но Нэйт так не думал. Нэйт считал это глупым. Нэйт считал смешным.

Какая же я дура…

— Мэри, что с тобой? — должно быть Нэйт заметил мое состояние. — Слушай, у всех ведь разные вкусы на книги, я не хотел тебя обидеть.

Обидеть? Ты не обидел меня Нэйт, ты просто разрушил мои воздушные замки. Которые я с такой любовью строила внутри себя.

Нужно было что-то сказать.

— Я…я замерзла… Пойду в карету, — тихо промямлила я. — Пока.

— Пока, — раздалось уже мне в спину, непонимающим голосом. А я, наконец, оказалась в карете. Кучер захлопнул дверь, и я обхватила лицо руками.

Карета тронулась, а я дала волю своим чувствам.

Глупая, глупая Мэри. Глупая, слабая, плачущая Мэри.

Глава 26

Нэйт

Я помогал Мэри перенаправить магические потоки, как вдруг ее пальцы коснулись моих, загасив магические огни.

— Нэйт, — прошептала она, повернувшись лицом. Приоткрыла свой маленький ротик, и я, не сдерживаясь, сделал рывок. Прижав к себе девушку, я впился в ее губы.

И тут… проснулся.

Пробуждение было резким. Я просто открыл глаза, вдохнул, будто поцелуй и правда забрал у меня весь воздух. А после успокоился и положил руку на переносицу. Это же надо присниться такому!

Накрыл лицо подушкой, в надежде, что впечатление от сна развеется, и я засну. Но увы… В голове так и стояла картина нашего с Мэри поцелуя, мне даже казалось, что я чувствую вкус ее губ.

Поэтому, откинув подушку, поднялся на ноги. Это все ярмарка. И Мэри, она… Она просто Мэри. И этим все сказано.

Отец болел. Последнее время выполнять работу ему становилось все сложнее и сложнее. Благо у нас появились какие никакие сбережения, чтобы его осмотрел хороший целитель.

Но дом было необходимо топить, поэтому я вызывался приехать и проследить за его состоянием. На удивление, Китти тоже решила поехать.