Второе передал встревоженный оруженосец Герберта: ни принца, ни его коня в лагере нет…

- Он далеко уйти не мог, - запыхавшись, едва выговорил он, - скорей всего поехал в сторону Мескены. Если послать отряд…

- Что я добьюсь, если последую за ним и заставлю вернуться? - пожал плечами Павил. - Погоня унизит его и ожесточит, но не заставит изменить своим планам.

- Но можно ведь подстраховать его, послав по его следам надежных людей.

- Появление группы чужаков только привлечет к принцу ненужное внимание, - резонно возразил генерал, - и подвергнет его лишней опасности. С ним будет все в порядке, - эти слова прозвучали не слишком убедительно даже для самого Павила, он понял это и нахмурился еще сильней.

- Я повторил ту же ошибку, что и прежде, - пробормотал он, ни к кому не обращаясь, - даже не попытался с ним поговорить. Увлекся играми в семью, оставил одного и не заметил, что творится с парнем…

- Ваше Превосходительство, раз нежелателен отряд, позвольте мне поехать догонять…

- Нет, я пошлю кое-кого поопытней тебя! Здесь нужен грамотный лазутчик и смелый боец, умеющий стать незаметной тенью.

Павил повернулся и пошел в штабную палатку, изредка кивая головой приветствовавшим его командирам.

Только теперь он осознал, насколько велика усталость последних напряженных дней, высосавшая из него все силы. Рой, Сильвия, принц Герберт… Похоже, что новость о его исчезновении уже распространилась по лагерю. Догадываются ли подчиненные о том, какие мысли терзают сейчас их железного полководца, что мучает его, о чем он сожалеет?

Впервые остро пожалел, что столько наследил по миру. “Меня тут же узнает всякий, где бы я ни появился, а так хотелось бы все бросить и помчаться следом.

Вместе искать проклятую ханайку, найти и раздавить как слизняка, а после, упоенные победой… нет, черт, я становлюсь сентиментальным дураком! Захочет ли он вообще ко мне вернуться?”

***

Герберт

Я точно потерял рассудок, если решился на побег. Еще вчера я никуда не собирался, даже не думал… нет, я думал, и довольно часто, но как-то вскользь, откладывая поиски Мальины на потом. Опять же, обещал Павилу, что вернусь в Таргасу, и несмотря на двойственное отношение к нему, хотел сдержать обещанное до конца."

"Так почему же убежал и даже не простился? В этом была и главная загвоздка, и главный мучивший меня вопрос.

Мальина точно пичкала меня не только приворотным зельем, но и еще какой-то травкой, превращающей в глупца. Иначе чем же объяснить то состояние души, которое я победить не смог, когда увидел их с женой, воркующих как голубки, возле постели сына? Я что, приревновал Павила к его собственной супруге, идиот? Но я же НЕ ЛЮБЛЮ его, я не МОГУ ЛЮБИТЬ, откуда же такое чувство?

Сердце сорвалось с места и скатилось вниз, и я почувствовал себя опустошенным.