Мэтр Эскофье опомнился первым - помахав руками для возобновления процессов, он буквально слетел с возвышения и приблизившись к Врану раскланялся:

- Что угодно Вашей Светлости?

Вран оглядывался со странным выражением лица, должно быть он немного разочарован, что здесь почти ничего не изменилось. Наконец разлепив губы, проговорил:

- Горячего чаю и кусок пирога, любезный мэтр, если у вас, конечно, найдется что-нибудь для уставшего путешественника.

- О, - закатил глаза мэтр, - прошу вас сюда, ваша светлость, леди Маргарита только что порадовала нас изделием своих рук и, кажется, ничего лучше я вам сейчас предложить не могу.

- Благодарю вас, мэтр, меня вполне устроит просто чай...

Вран

Подняв голову вслед жесту мэтра Эскофье, Вран увидел Риту, такую теплую, домашнюю, в смешной черной бандане поверх взбитых волос. Рукава ее платья были закатаны, обнажая руку почти до локтя, мерные движения колыхали грудь, сглотнув, парень, хотел было повернуть назад - в свои пустые холодные комнаты, но мэтр уже тянул его к стулу с высокой спинкой.

- Присаживайтесь, Ваша Светлость, вот горячий чай с пряностями, а вот и восхитительный пирог леди Маргариты!

Рита закончила уже взбивать пропитку и щедро плеснула сиропом на золотисто-коричневую корочку пирога. Потом взяла нож, отрезала пару кусков и, положив один на блюдце, протянула Врану:

- Отведайте, Ваша Светлость!

- Благодарю вас, миледи! - Склонил голову в ответной любезности Вран.

- А вот и кусочек для вас, любезный мэтр, надеюсь, его вкус возместит маленькие неудобства моего присутствия.

- Ну что вы, миледи, я всегда рад вас видеть на моей кухне! - возвестил главный повар и потянулся серебряной ложечкой к угощению.

- Ммм, восхитительно! Миледи, вы достойны памятника из лучшего Брюллонгского шоколада, который только найдется в моей кладовой!

- Благодарю вас, мэтр! Столь высокая похвала моему скромному искусству толкает меня на новые свершения! - Присела в элегантном книксене Маргарита."

"Вран ковырнул мягкий кусок, лежащий на блюдце, нехотя поднес к губам, не отрывая взгляда от девушки, стоящей к нему боком. Аромат апельсинов и меда обволакивал его сладким пряным коконом. Ему хотелось прижать ее к себе, вдохнуть запах ее волос, ощутить под руками все выпуклости и впадины, которые не давали ему уснуть каждую ночь их путешествия. Но он лишь сдержанно посматривал в ее сторону, незаметно расправляясь с пирогом и чаем. Большие кухонные окна побелели, когда Маргарита сняла фартук, бандану и, зевнув, поблагодарила мэтра Эскофье за любезность.

- Ваша Светлость, - обратился мэтр к Врану, - миледи устала и, кажется, не спала ночь, не соблаговолите ли проводить достойную даму к ее покоям? Боюсь, в таком состоянии она может упасть с лестницы.