Вран

Вран метался по каменной площадке. Риты все не было! Он уже вымылся горячей водой прямо тут, на холодном ветру, переоделся в теплую одежду взамен тонкой нижней рубахи и штанов. И даже съел любезно предложенный суп! А Риты все не было, ветер протяжно завывал над ущельями, издёрганный парень присел на каменную скамью и провалился в сон.

Перед ним предстала круглая пещера, вся выстланная коврами, убранная подушками и красивыми драпировками, Вран огляделся: уютно, но слишком дремотно, чувственно, все навевает грезы о плотских радостях. В центре будуара что-то шевельнулось. Присмотревшись, Вран похолодел: Рита, его Рита! В тонкой почти прозрачной сорочке девушка возлежала на пышных подушках и томно потягивалась, словно большая кошка. Рядом сладко улыбаясь, сидел - не может быть - сидел принц! Кровь Врана вскипела, но усилием воли он сдержался и прислушался:

- Маргарита, вы прекрасны, вы достойны только самого лучшего, ваши нежные пальцы...

С этими словами принц принялся перебирать тонкие изящные пальчики девушки, поглаживать, ласкать и прикасаться губами. Щеки девушки зарделись, она казалась немного выпившей или одурманенной. Сердце Врана дало сбой, он понял, в чем состояло испытание - устоять... Со стоном он вцепился в свои волосы и стал следить за развитием событий. Принц уже добрался поцелуями до локтя и принялся языком рисовать круги, вызывая приступы возбуждения, Рита задышала чаще и, вдруг приподнявшись и оглядевшись замутненными глазами, прошептала 'бордель', хихикнула и оттолкнула принца, уже начавшего поглаживать ее грудь. Морок растаял в воздухе и на его месте возник другой принц - Расколоритер. Почти не удивившись, девушка помахала ему ручкой и сказала:

- Привет, глюк, кажется у меня сегодня день визитов.

Рас не стал рассыпаться в комплиментах, он просто с пронзительной нежностью и пониманием смотрел в глаза полулежащей Риты, гляделки продолжались долго, наконец, девушка со стоном уткнулась в подушку и закричала:

- Зачем?"

"И столько муки было в этом голосе, что Вран, вздрогнув, будто очнулся, и сам подошел к необычному ложу. Но едва он приблизился на расстояние вытянутой руки, как желание пронзило его с ног до головы. Кровь ударила в голову, зажглась огнем и потекла вниз. Возникло дикое желание схватить и покорить, подмять под себя нежное сочное тело, просвечивающее через тонкое полотно. Немного постояв со сжатыми до боли кулаками, Вран заставил себя рассматривать девушку отстраненно, словно дорогую картину или скульптуру, не тянуть к ней жадные руки, а любоваться. Вот длинные волосы рассыпались полурасплетённой косой по спине, как он любил, вот крутой изгиб бедра, складки рубашки, скрывающие тонкие лодыжки, розовые пяточки подрагивают выглядывая на свет...