Пять абортов перенесла, а ведь пришла к доктору на прием потому, как очень долго забеременеть не могла. Вот он ее и вылечил. Она единственная из нас троих замужем. Меня Настей зовут. Мне двадцать. Я здесь десять дней уже. Мама меня одна растила и умерла пару месяцев назад. У доктора на приеме я оказалась, когда медосмотр проходила. Он мне болячку якобы нашел и лечение назначил. Так я к нему второй раз пришла и тут оказалась. Абортов он мне не делал, а вот резать уже резал. Красавицей мне больше не быть. Да и из подвала этого мы уже не выйдем. Света троих ушедших на тот свет помнит, а сколько их до неё было? Доктор наш не молоденький уже. Лет сорок ему. Давненько, наверное, уже «практикует». Маленький, плюгавенький, но сильный, сволочь. Руки как железные. Не зря говорят, что сумасшедшие и маньяки непомерной силой обладают. Мы все трое высокие, черноволосые и не слабые, а против него как травинки в поле против ветра. Вот полночи сидим и гадаем, на кой черт ему девчонка подросток понадобилась? Зачем он тебя сюда притащил? Может ты беременная?

— Нет, девочки, не беременная и не подросток. Мне уже двадцать три. Дочка есть. Зовут меня Леной. В гости к вашему доктору я попала по собственной глупости. Наделала долгов, а отдать вовремя не смогла. Попала в аварию, пролежала в коме пять месяцев, очнувшись, забыла почти все о своей прошлой жизни и о долгах в том числе. Вот только они про меня не забыли, догнали и отомстили. Продал меня один придурок на опыты. Оправдания мои даже слушать не стал. Вот как-то так.

— Ну, тогда… Добро пожаловать в ад, подруга, — подвела итог Ксения.

На этом наши разговоры в этот день, ну или ночь, закончились. Новый световой день начался спустя пару часов. Высоко под потолком зажглась тусклая лампочка, приветствуя новый день и новый поворот в моей жизни.

Глава 14

Тусклый свет и то, на каком расстоянии мы находились друг от друга, а также плачевное состояние моего лица, не позволили мне разглядеть моих соседок получше. И все же отекшее лицо с заживающим шрамом на правой щеке одной, белые «нашлепки» на лицах двух других, неровно обрезанные почти под корень волосы, вспухшие рубцы на руках и ногах я рассмотреть сумела. Понять, как и кого зовут смогла, стоило им только заговорить и первой опять была Света.

— О, девки… Сейчас благодетель явится, будет медосмотр проводить, — ее «спальное» место находилось прямо напротив меня.

— Неправда твоя, — вступила в разговор Ксения, садясь на своем матрасе в уголочке слева от меня. — сначала Лота наши горшки заберет и Ленке личный лоток для естественных нужд выдаст.

Настя, находящаяся справа от меня, в разговор вступать не стала. Зато под потолком раздался резкий противный скрип, а следом за ним грохот откинутой в сторону массивной, по звуку, крышки.