Помнила все мелочи и нюансы любого расследования. Умело давала характеристики всем участникам дела. Вечера, проведенные в ее гостиной, приносили мне удовольствие и учили, учили, учили. Именно она посоветовала мне не говорить мужу, даже вроде бы непонимающему, о чем я говорю, о том, что квартира, в которой мы живем, принадлежит мне, что у меня есть деньги, что я умею говорить на двух иностранных языках, что снимала с карточки его мамаши деньги и многое другое. Стоило моему муженьку очнуться, и я мгновенно оценила ее советы. Вот только свою прошлую жизнь мне не нужно было забывать, а так же стоило принимать во внимание прошлую жизнь моего тела. Люди правду говорят о том, что только Бог не ошибается. Я же обычный человек и в той, и в этой жизни, а потому огребла, как говорит молодежь, по полной.

Глава 12"

"Первая майская неделя радовала нас удивительно теплыми днями, а потому я выскочила из подъезда лишь в тоненькой кофточке, джинсах и кроссовках. Телефон и пластиковая карта вот и все, что было в моих руках на тот момент. Все мои мысли были заняты Кириллом, а если точнее, то его словами о том, что уже завтра утром он отправится к своей маме. Он собирался перебраться к ней еще дней пять назад, но слезы дочки и поиски своей будущей жены его задержали. Ребенка обижать он не хотел категорически. Как бы я к нему не относилась, чтобы не думала о нем, но отрицать его любовь к Василисе я не могла. Очень аккуратно и бережно он объяснил ей, почему ему нужно уехать и как они будут жить дальше. И она вроде бы поняла, и про братика маленького и про любимую женщину, и про то, что папочка очень ее любит и хочет забрать с собой, а мама против. Чего он не ожидал, так это того, что уходить от мамы ребенок не согласен даже в далекой перспективе и в конце концов согласится ждать папу в гости каждое воскресенье. Я видела, как больно ударило его ее решение, но отдавать ему свою Васятку не собиралась. Не хочу быть приходящей мамой.

Полная радужных надежд и планов, уже под вечер выскочила из дома, никого не предупредив, в ближайший магазин, минут на пятнадцать всего. До магазина я не дошла. Всего один удар по затылку и темнота накрыла меня с головой. Да и много ли мне надо? Еще один такой удар и «Здравствуйте небеса!».

«Нежные» похлопывания огромной, по сравнению с моим лицом, волосатой лапищи заставили меня прийти в себя и открыть глаза. Ничуть не менее волосатый, чем его руки, мужик кавказкой национальности, чисто говорящий по-русски, лупил меня по морде лица и тряс меня словно грушу, держа одной рукой на весу старательно приводя в чувство. И привел же… Гад.