- Я так рад, что у нас будет малыш, - довольно заулыбался Дастан, облегченно выдыхая, так как чешуя на моей коже стала исчезать. - Мы окутаем его заботой и любовью. Он будет у нас самым счастливым на всем белом свете! У него будет самая лучшая бабушка и дедушка, - мой черный дракон перевёл взгляд на улыбающихся Витарию и Ристарка. - Но счастье и спокойствие нужно добиться. У нас есть время, чтобы научить тебя принимать оборот. Ведь в нужный момент ты должна продемонстрировать свою королевскую метку,

- тут же затараторил Дастан. - Она не отстанет, понимаешь? Мы должны доказать, что ты дочь Икари Наса и когда это станет ясно, мы предъявим красной правительнице обвинение в покушении на убийство принцессы красных драконов и моей супруги, на данный момент правительницы черных драконов. Она будет приговорена к смертной казни! Таким, как она, не место среди живых! - сверкнул яростью во взгляде черный дракон. - Когда отец отдал душу, то его место занял я, следовательно, и ты вместе со мной, - тут же пояснил он, когда я расширила глаза на слова ""правительница черных драконов"". - Я понимаю, что тебе очень сложно, такое вынесет далеко не каждый, но нам нужно сделать последний рывок, чтобы потом спокойно жить и ни о чем не переживать...

Дастан

Я был так счастлив, что к Тамине вернулась память, что она смогла обойти воздействие Бельзетты, но все же стыд, за то, что Тами потеряла свою красоту из -за меня, не отпускал. Корил себя за это, ведь будь я осторожнее, внимательнее, то такого бы не произошло. Нужно было наложить на нее защиту, как на маму, и тогда.

«Хватит, Дастан! От того, что ты ворошишь прошлое, легче точно никому не станет. Нужно жить настоящим и немного заглядывать в будущее. А будущее у нас вырисовывалось радужное, если все получится именно так, как мы и задумали. Можно наложить на Тамину иллюзию, чтобы она видела себя прежнюю в отражении, как и все остальные, кто будет смотреть на нее. Точно! Нужно предложить ей такой вариант, может после этого она перестанет грустить...»

- Я решил, что прах отца не будет стоять в семейном склепе, - произнес серьезно, нагло поглаживая еще плоский живот Тамины. - Он не достоин лежать среди своих предков.

- Сына, это неправильно, - осторожно произнесла матушка.

- Правильно, мама! - уверенно кивнул я, убирая руку, так как любимая недовольно засопела, смущаясь моих поглаживаний. - Я так решил и не будем об этом. Его прах развеют над скалой печали, вот там ему самое и место.

- Но так поступают с ворами, убийцами и.

- Все верно! Как раз про него! - рыкнул я.

Мы уже около часа обсуждали свои дальнейшие действия, вновь и вновь проговаривая каждый шаг. Я волновался, что что-то может пойти не так.