А эта смотри, глаза твои как драгоценные камни сверкают! О!!! Принцесса десяти миров! Королева! Императрица! Это где же такие девушки красивые живут? Не могу смотреть, ослепну от твоей красоты! Не нравится?

— Дорого, — пожаловалась я.

— Дорого? Разве это дорого? Это даром! Себе в убыток отдаю, о детях малых не думаю, только бы тебе, драгоценная, угодить. А вот это видела? Как — не нравится? Не идет? Тебе не идет? Тебе, бриллиантовая, все идет, не просто идет — бежит! Эх, бедные парни, жалею их, аж на слезу меня пробило. Нет, это не сквозняк, это я плачу — всю жизнь прожил, а такую красоту в первый раз увидел.

Какая девушка! Мама твоя, наверное, боится тебя одну на улицу пускать! Женихи проходу не дают."

"— Нет у меня мамы, — тяжко вздохнула я. — Попаданка я несчастная. Из другого мира меня выкинуло. Без денег, без вещей, без документов. Осталась я одна-одинешенька в чужом мире. Без родных, друзей и работы…

Голосила я, тем громче и старательнее, чем сильнее нервничал продавец, потому что в лавку заглянула благородного вида мама с дочкой и оторопела, увидев картину плачущей покупательницы. Они подозрительно покосились на продавца.

— Бери, бери что хочешь, за сколько хочешь. Большое горе. Очень сочувствую. Только уходи. Всех покупателей мне распугаешь!

Так мне удалось набрать тканей по дешевке. Правда не тех, что я хотела. Он наложил сам какие посчитал возможным продать по такой цене. Но мне какая разница? Я объяснила, что мне нужно, и мне на один раз же…

Вспомнила я и о бое курантов. Видела лавки, где часы с боем продаются. Мне требовались самые дешевые, но чтобы бой был похож хоть отдаленно.

— Нет, эти совсем не так бьют. Вот вообще не похоже.

Я отодвинула, наверное, уже двадцатые часы под упрекающий вздох продавщицы.

— Ты определись, подруга, тебе бой или дешево? — сказала она. — Вот эти же тебе понравились? Дорого? Да ладно! Че у нас дешево в жизни, подруга? Умереть — и то денег стоит! Ты в ритуальных услугах давно была? Хорошо, не будем о грустном. Смотри, подруга, какие часы.

— Это старье, они столько не стоят. — Я замотала головой, алчно поглядывая в сторону понравившихся часов.

— Да какое старье! Они еще лет двести прослужат, дай тебе богиня столько прожить! Сколько ты хочешь? Пошутила? Вот, ни за чтобы не уступила, только тебе.

Хорошо, двадцать — и по рукам. Как — десять? Ты половину от стола-чашки-часов-очков хочешь покупать? Да куда еще дешевле-то? Ой, какая ты смешная! Нет, нет, не уходи. Две красивые женщины всегда смогут договориться, правда? Давай пятнадцать, только никому не говори, что я тебе почти даром эти часы отдала. Люди не поймут. Нет-нет, дай я тебе упакую как подарок. Такая ценная покупательница не должна без подарка уйти.

Она всучила мне запакованный сверток.