С нами, даже, если разобраться, получше бы было. У нас все по правилам. Отдал бы твой сученок бабки, – пошла бы на свободу. А так… Тарантул пока не наиграется, хрен отпустит. А интересы у него специфические… Да…

– Да кто вы такие! И он! Он что, хозяин мира!

Нет, ну должен же быть какой-то закон!

Никто не вправе хватать людей среди белого дня и вот так…

– Это же похищение!

Задыхаюсь.

– И вы, и этот ваш Тарантул за это ответите! А если… Если вы меня выпустите, я никому ничего не скажу! Костя вам должен – это его дело! Про него в полицию заявлять не буду! Сами разбирайтесь.

А меня... Меня вам лучше выпустить! Да вы хоть представляете, какой это срок!

Чеееерт…

Сжимаю кулаки, понимая, что моя последняя надежда гаснет, когда они оба начинают откровенно ржать. Даже головы запрокидывают.

– Слышал, Косой? Она нас ментами пугает!

Дыхание перехватывает, когда замечаю все-таки по дороге патруль.

Может, заявления они и не боятся, допустим, что ничего я не смогу доказать, но… Не могут же их так просто пропустить, если увидят в салоне пленницу!

– Смешно ты шутишь, девочка, – тот, кого назвали Косым, похлопытает меня по спине.

– Только скоро шутить отучишься. Очень скоро…

Замираю.

Может, есть шанс, что пока они надо мной насмехались, не заметили полицию? Ведь едут прямо, даже не думают сворачивать…

Пожалуйста! Господи! Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста!

Пусть мне еще повезет! Сегодня! Один только разочек!

И я обещаю! Больше никогда в жизни! Не переступлю порог ни одного клуба или бара! Только работа и институт! Все!

– Глаза ей, кстати, завяжи.

Не положено ей видеть, куда едем.

– Ой, да ладно! Ты видел, чтобы хоть одна краля от Тарантула выходила? Ну, в сознании по крайней мере. Что-то я таких чудес не помню. Да и кому она скажет?

– Завяжи, завяжи. Положено так. Хочешь, чтоб второй раз за день нам влетело из-за этой девки?

– Ладно…

Пыхтит, вытаскивая из кармана черную ленту. Жестко фиксирует голову, пока второй туго завязывает узел мне на затылке.

Так затихаю, что даже не дышу. Похоже, они и правда так увлеклись, что ничего и не заметили.

А тот, кто за рулем?

Ну, может, он не совсем потерянный человек и даже готов помочь, пусть и не явно.

А, может, они настолько привыкли подчиняться командам, что без команды свернуть он будет ехать прямо даже если впереди будет пропасть или пылающее здание.

Как бы там ни было, а машина останавливается.

Слышу, как по стеклу окна стучат, а само окно со стороны водителя плавно едет вниз…

– Ты совсем охренел, сержант?

Рявкает Косой так, что у меня происходит внутреннее землетрясение.