Джинсы или костюм? Измучившись, решил отставить эмоции и следовать логике – после больницы ему нужно ехать на работу, сегодня в три часа собрание акционеров. Незачем тратить время на переодевание. Значит, костюм, белая рубашка и галстук.

Валя собралась раньше его и теперь стояла у двери, терпеливо ждала.

– Я готов, – он виновато улыбнулся.

– Пойдем.

Как ни старался, Вадим никак не мог угадать ее чувств. Сначала она была безумно рада тому, что он принял ее ребенка, теперь казалась чем-то недовольной.

– Что-то не так?

Они вышли из квартиры, и Вадим захлопнул за собой дверь.

– Все так.

– Ты сердишься?

– Нет, – она нажала на кнопку лифта, – просто устала.

– Потерпи немного, скоро разрешат забрать Андрюшу домой. Будет легче.

Она бросила на него испепеляющий взгляд, словно он сказал какую-то глупость. По дороге в больницу они не обменялись ни единым словом. Проворчав в холле клиники короткое «подожди», Валя прошла через пункт охраны и скрылась из виду.

Вадим огляделся. Давно он не был в больницах: с тех самых пор, как мать пыталась покончить с собой после смерти отца. Те две недели, что она провела в палате, оставили в нем самые гнетущие воспоминания. Каждый раз, когда он приходил навестить мать, на него смотрели как на прокаженного: осуждения не скрывали ни соседки по палате, ни персонал – словно это он собственными руками прирезал отца и довел до самоубийства мать.

Если бы не Алла, наверное, ему бы так и не удалось до конца вытащить себя, а заодно и маму из нежелания жить. Его спасла женитьба, ее – работа. После того как банк перестал существовать, Вадим оформил маму к себе: она уже не представляла жизни без офиса. Мама, как и прежде, занималась хозяйством, а он наблюдал за ней и тихо радовался чудесному возвращению к жизни. Ее нынешнему оптимизму мог позавидовать каждый! Единственное, что по-настоящему огорчало Галину Ивановну, – это развод сына. Как он ни уговаривал мать познакомиться с Валей, как ни убеждал, она ни в какую не соглашалась. «Лучше Аллочки никого нет», – повторяла упрямо и уходила от темы. Но чего еще можно было ждать от женщины, которая свято верила: каждому человеку в жизни отмеряна только одна любовь?

– Вадим, – Валя махнула ему рукой из-за спины охранника, – все в порядке!

Он кивнул, отдал гардеробщице пальто и надел бахилы. Сердце бухало о ребра, пока он поднимался по лестнице на четвертый этаж следом за Валей.

– Я болван, – отругал он себя, когда они очутились перед дверью в отделение травматологии.

– В чем дело? – Валечка с непониманием уставилась на него.

– Ни гостинца, ни подарка, а ведь хотел заехать вчера в «Детский мир», – он растерянно топтался на месте, – замотался.

– Ничего и не нужно! – она торопливо отмахнулась. – Для игрушек тут места нет.