Пока допустят к экзаменам, пока соберется комиссия. Я уже много чего не помню.

– Прекрати, – неразборчиво пробубнил Сергей: видимо, начал чистить зубы, – заявление рассматривают быстро. Юридической практики у тебя завались. Теорию повторишь.

– Но я, – Алла окончательно сникла, – надеялась на тебя. Ты же профессионал.

– Что поделаешь, если у меня все занято? В общем, давай! Созвонимся ближе к обеду.

– Хорошего дня, – пробормотала Алла и отложила телефон.

Она старалась целиком и полностью сосредоточиться на дороге: в больнице нужно быть не позже чем через сорок минут, а пробки, несмотря на раннее время, уже начали собираться. Но посторонние мысли все равно мешали – разговор с Сергеем не выходил у нее из головы. Круглов, как и в прежние времена, готов был ради нее на все: заставил старуху забрать заявление, обещал каким-то одному ему ведомым способом найти водителя, который наехал на Алешеньку. Но взяться за Максимкино дело почему-то не захотел.

Алла не могла понять причины и обижалась. До тех пор, пока на ум ей не пришла старая притча о рыбаке: хочешь помочь голодному, дай ему удочку, а не рыбу. Наверное, Сергей хотел добиться того, чтобы Алла начала работать сама. Он же видел, в каком она разобранном состоянии, чувствовал, что отсутствие прежней жизни, когда она с утра до ночи пропадала в банке, лишает опоры. А идея стать адвокатом могла оказаться гениальным решением!

Моментально вернулась легкость, которую она почувствовала утром, когда Иннокентий Семенович сообщил, что обвинения сняты. Пора возвращаться к активной жизни: как бы ни был хорош мамин совет плыть по течению, а подолгу бездействовать Алла не умела.

Она остановила машину напротив больницы, прошла к центральному входу. Борис Кузьмич должен был появиться с минуты на минуту. Алла нервничала, переминаясь с ноги на ногу перед крыльцом. Мощную фигуру заведующего отделением она заметила издалека и, борясь с волнением, поспешила ему навстречу. Увидев девушку, хирург неохотно кивнул в ответ на ее приветствие и собрался пройти мимо. Алла преградила ему путь.

– Что вам угодно? – Борис Кузьмич старательно отводил взгляд.

– С меня сняли обвинения, вам должны были позвонить!

– Никаких звонков не было, – он попытался обойти девушку, но она с проворством ласки снова возникла у него на пути.

– Сегодня обязательно позвонят, – Алла умоляюще смотрела в глаза доктору.

– Очень рад. – Он снова собрался уйти, но Алла схватила его за рукав.

– Пожалуйста, выслушайте меня!"

"– Голубушка, – Борис Кузьмич обреченно вздохнул, – поймите! Мы не можем допустить новых стрессов. Маргарита Петровна права: психика ребенка и без того пострадала.

– Но я же не стресс! – Алла чуть не плакала. – Алешенька успел привыкнуть ко мне. Он скучает, я знаю.