Вспоминаю его болезненный вид в больнице, но сдерживаюсь, чтобы не вклиниться. Сейчас моя забота покажется точно неуместной.

— Может, чаю? — предлагаю, не успев как следует поразмыслить над своим предложением.

— Не откажусь, — соглашается он.

Я ощущаю слабый укол растерянности, потому что была уверена, что он откажется. О чем говорить и как себя вести с бывшим наедине, я даже не представляю.

На кухне сразу же щелкаю эклектический чайник и тянусь за упаковкой. Себастьян отодвигает стул и садится. Стоя спиной, я ощущаю себя менее растерянно, но не могу скрыть слабую дрожь, когда достаю кружку.

— Ты же не любила меня, Эвелин, — вдруг раздается голос Себастьяна.

Это случается так неожиданно, что я роняю кружку. Та с глухим звоном падает на пол и я рывком наклоняюсь, чтобы поднять ее. Откладываю чудом не разбившуюся посуду и беру новую. Чайник вскипает, а я неровным движением хватаю его и заливаю пакетик кипятком. В памяти отложилось, что Себастьян не любит кофе и всегда предпочитает чай. Но сейчас внимание пленит другое. Голос. Окружённый лёгкой горечью и смирением. Нет, я ошиблась. Те чувства никуда не ушли.

— Ты думаешь, я не понимал этого? — тем временем продолжает Себастьян. — Не видел тоски в твоих глазах? Я верил, что смогу завоевать твое сердце. Неважно, сколько мне бы понадобилось времени, я был готов. Эти три месяца наших отношений были лучшими в моей жизни. Но ты счастлива с ним и это главное, — он делает внушительную паузу, прежде чем бьёт подозрительно недоверчивым вопросом: — Ты ведь счастлива с ним, Эвелин?

Во рту внезапно пересыхает и на кончик языка перекатывается горечь. Кажется, скажи я ""нет"" и это включит для него зелёный свет. Он ждёт ответа. И воздух вдруг пропитывается таким обнадеживающим привкусом озвученного вопроса, что мне хочется утешить его. А я не могу ему солгать. И себе тоже. Может глупо, и может пожалею об этом, но кроме Раяна я не хочу видеть возле себя никакого другого мужчину.

Я закрываю глаза и делаю вдох-выдох. Смыкаю руки на заполненной кружке и делаю разворот, встречаясь с глубоким, ожидающим ответа взглядом. Сердце больно сжимается.

— Да, — признаюсь на выдохе, едва ли чувствуя жжение в ладошках.

Делаю быстрый шаг и опускаю перед ним кружку, а затем отступаю.

Себастьян опускает взгляд на предложенный чай, пристально смотрит на него, но словно сквозь. Его лицо по прежнему непроницаемо, только челюсть немного поджимается, а на скулах слегка проступают желваки.

— Спасибо за чай, — немного резче выговаривает он, хотя даже не притронулся к нему. Конечно же, он был только поводом.

Себастьян резко отодвигает стул и подводится, а я быстро спохватываюсь.