— Ты голоден? — спрашиваю, не решаясь заговорить об этом. — Я приготовила суп и запеченную рыбу. Идём, пока не остыло.

Беру его за руку и тяну за собой, сдвигаясь вперёд.

— Эвелин, — Раян сжимает мою ладошку, останавливая. Я непонимающе разворачиваюсь, сталкиваясь с той самой застеклённой частью его глаз. — Эта девушка, Керолайн.

По сердцу словно полоснуло острие ножа. Я издаю преривыстый вздох и дёргаюсь, вырывая руку. Не специально, это получилось самой собой.

— Нет, подожди, — Раян перехватывает мою ладонь и крепко сжимает. — Ты должна знать, — смотрит прямо в глаза, выражая глубокое раскаяние. — Мне очень жаль, — опускает взгляд на мою ладонь и сглатывает, а затем отпускает её. — Я бы никогда этого не сделал сознательно. Я бы никогда тебе не изменил.

Я молчу, чувствуя, как по животу поднимается непонятное чувство. Мне нечего сказать, всё, что я могу сделать это опустить глаза, глядя на свои ноги.

— Когда я очнулся там, в этой камере, я понял, что даже не помню, что со мной произошло и как я там оказался. Позже, помимо пулевого ранения, у меня диагностировали черепно-мозговую травму и частичную амнезию.

Я подвожу глаза и понимаю, что он всё это время не отрывал от меня взгляд.

— Я встретил Керолайн задолго до того, как вспомнил тебя. Я понимаю, насколько это абсурдно звучит, но мы… — запинается, дергая кадыком. — С ней я всегда предохранялся, — лицо пересекает горькая улыбка. — Как будто чувствовал, что так надо, — на мгновение останавливается и быстро продолжает, словно опомнившись. — Ее беременность исключена. К тому же, я порвал с ней ещё полгода назад. Она пыталась всё возобновить, была готова на всё, но… У меня не было к ней никаких чувств, Эвелин, — последнюю фразу говорит тихо и осторожно, укладывая мои ладошки в свои.

— Если бы я мог отмотать всё назад… — тянется ко мне.

— Уже ничего не изменишь, — отступаю, горько констатируя."

"— Я знаю, — кивает Раян, его лицо перекашивает кривая улыбка. — И это разрывает меня на куски. Прости меня, — искренне просит и клятвенно добавляет: — Я знаю, что этих слов слишком мало, но я обещаю сделать всё, чтобы ты никогда не вспомнила об этом.

Я опускаю глаза на наши руки и долго молчу. Внутри разгорается самая настоящая борьба, на глаза наворачиваются слезы. Ладошки сами по себе выскальзывают из его и по воздуху разносится мой тихий всхлип.

— Эвелин? — тут же беспокоится Раян.

Я вновь всхлипываю и утираю влагу с уголков глаз, после чего поднимаю взгляд.

— Пойдем обедать, — искренне улыбаюсь ему сквозь новый отблеск слёз в глазах. — Горячее всегда вкуснее.

Раян застывает с недоуменным выражением и долго смотрит, прежде чем его лицо наполняется осознанием.

— Эви, — порывисто выдыхает и набрасывается на меня, зажимая в стальных объятиях.