Он словно прикидывал, сгодится тряпка или нет. А потом начальник выдал мне укоризненно:

— Надо покупать качественные вещи.

— То есть вы мне ещё и за это выговаривать будете?.. А не пошли бы вы… за стол переговоров? Может быть, турки поймут несколько слов по-немецки?

— Es ist ausgeschlossen, — будто издеваясь, проговорил начальник. — Без вас не обойтись. Пожалуйста.

— Es ist… и дальше то же самое, что вы сказали, — огрызнулась я, разворачиваясь к сушилке.

Пусть босс сам разруливает ситуацию, а я как-нибудь высушу блузку, натяну её, прикрою грудь папкой и доберусь до дома на такси.

— Увы, не получится, — вздохнул босс. — Придётся пожертвовать вам свой пиджак. Ростом вы немного ниже меня… Грудь у вас выдающаяся… Пиджак сядет на вас отлично!..

— Спасибо за оценку выдающейся части моего тела, но я как-нибудь сама…

Босс тихо выматерился себе под нос, но потом произнёс убийственно потрясающую фразу:

— Двойная премия.

И этот голубоглазый дьявол протянул мне свой светло-серый пиджак в мелкую клеточку.

=2. Анель

Переговоры всё-таки завершились и весьма удачно. Турки уехали довольными, и взгляд босса немного потеплел.

— Вот видите! — произнёс Филипп Борисович, откинувшись на диване. — Всё получилось. И без глотка воды прожили, и без туалета… Целый час!.. Идёте на рекорд, Анель…

— Ха-ха!.. Шуточка за десять, да?

— Ммм… Почему так мало? За сто, я полагаю.

Я посмотрела на самодовольного босса. Рукава ярко-голубой рубашки босс закатал до локтей. Волосы на руках у него золотистые, едва заметные. Кожа чуть тронута загаром и под ней жгутами выступают вены. Рубашка контрастирует с загорелой кожей и подчёркивает глаза под длинными светлыми ресницами."

"Так… Что-то слишком долго я разглядываю лицо этого мужчины. Хотя, у него есть на что посмотреть. Приятное лицо, благородное с высокими скулами и острым ровным носом.

— Думаю, на сегодня мы закончили, — сказала я. — И на завтра, наверное, тоже…

— Нет, — мотнул головой начальник. — Мы так не договаривались.

— А вы попробуйте договориться вот с ним, — показала я рукой на живот. — Царевич пинаться изволит и живёт по своему распорядку дня, заставляя меня подстраиваться под его запросы. Терпеть ещё и ваши капризы, Филипп Борисович, я не смогу. В конце концов, у меня уже начался декретный отпуск…

Я перевела дыхание.

— Так что я дорабатываю эту неделю и ухожу. Вот.

— Сто сорок дней при обычной неосложнённой беременности, — автоматически ответил начальник. — Соответственно из расчета по семьдесят дней до и после родов…

Босс немного подумал и сжал губы в тонкую линию.

— Многовато будет.

— Что? А вы…

Чёрт… Сдерживаться очень сложно, а тут ещё царевич начал активно возмущаться. Чувствую, получится из него отличный защитник.