И по хрен…

Поэтому я двинулся рукой вперёд, заставляя разжать судорожно сведённые бёдра. Хватило всего одного прикосновения…

— Ты очень мокрая. Неля… И хочешь сказать мне «нет»?

— Хочу…

— Лучше скажи мне «да». Сейчас я тебя трахну в любом случае. Потому что тебе самой очень сильно этого хочется.

Анель посмотрела на меня пьяным, мало что соображающим взглядом.

— А потом? — прочитал я по её губам.

— Думаешь, мне хватит одного траха? Наивная, одним разом ты от меня не отделаешься.

Я проворно подцепил влажную ткань и отодвинул в сторону, не церемонясь. Нежные складки были влажными и скользкими. Запах её возбуждения витал в воздухе ароматом спелых груш.

Я толкнулся внутрь сразу двумя пальцами, выматерившись. Анель задрожала и толкнулась вперёд, предлагая себя. Мягко, горячо и пульсирует так, что пальцам становится тесно. Несколько быстрых, жадных толчков. Первый её оргазм неожиданный и резкий, как выстрел.

— Охренеть, детка…

Меня, кажется, повело в сторону. И я больше ни хрена не соображал, подхватив её на руки. Я опустил её на кровать, остервенело стаскивая с себя рубашку и брюки. Платье Анель задралось, обнажая круглые бёдра и светлые трусики с влажным пятном желания.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Она не пыталась отодвинуться или прикрыться, заводя меня ещё больше.

Но ждала действий от меня. Я немного повозился с замысловатой застёжкой её платья, хотя, казалось, знал наизусть секреты каждого из них.

Но вот эта блядская «собачка» ускользала из пальцев. Пришлось рвануть её чуть сильнее, услышав треск ткани.

— Моё любимое платье! — протестующе возразила Анель.

— Скоро твоим любимым платьем станут мои рубашки, — пообещал я, избавляя её от лишней тряпки.

Подцепить трусики и спустить их по ногам — дело нескольких мгновений. А вот перед тем, как окончательно снять бюстгальтер, я помедлил, потому что во рту стало слишком сухо.

Последняя граница отброшена в сторону. Полная грудь с нежно-розовыми бутонами торчащих сосков. По моим губам расползлась довольная ухмылка. Прижался губами к ложбинке между полных грудей, подразнив кожу языком. Потом в сторону до одного соску. Лизнуть, подразнив кончиком языка. Чувствуя, как сосок становится во рту ещё больше, отстраниться, переключившись на вторую грудь.

И вновь то же самое. Дразнить языком тугие вершины… Брать их в плен губами, сминая упругие полушария пальцами. Ответные вздохи и всхлипы Анельподстёгивали хлеще кнута.

Каждый стон щелчком отзывался внутри моей головы.

Ещё.

Ещё.

Ещё…

Анель застонала особенно громко и протяжно, выкрикивая моё имя.

Я оторвался от её роскошной груди, поднявшись над ней.

— Ещё раз, милая.