– Ты понимаешь, что все твое благополучие висит на волоске?!

- О каком благополучии может идти речь, когда тебя принуждают жить с нелюбимой женщиной? Я все время буду в шаге от ненависти, презрения, обид, оскорблений к этому несчастному существу и себе. Жить из чувства долга — значит разрушать себя. Где же тут благополучие? А, тетушка?

- Ты готов из-за нее потерять все? – изумлённо прошептала герцогиня, кивнув на Анжелику.

- Я готов приобрести с ней много нового, - решительно ответил Мортимер. – Дай Бог только, чтобы Анжи выжила.

- Мальчик мой, ты боишься возненавидеть нелюбимую женщину, но все может случиться совершенно наоборот… - герцогиня подошла к племяннику и, взяв его за руки, посмотрела в глаза. – Ты возненавидишь любимую за то, что она лишила тебя многих возможностей. А то, что ты сделал это выбор по собственной воле, заставит тебя ненавидеть еще сильнее…

- Самое главное в том, что вы только что сказали, тетушка. Это «выбор по собственной воле», - граф обнял ее. – И я его сделал.

Глава 61

Пошли уже третьи сутки, а улучшения в состоянии Анжелики не намечались. Торнтон менял повязки, делал ей компрессы и покидал комнату, лишь когда приходили женщины, чтобы обтереть Анжи влажным полотенцем. Еду графу тоже приносили сюда. Но она не лезла в горло, стоило только представить, какие мучения испытывает его любимая женщина.

Лерой тоже оставался в доме полковника, чтобы поддержать семью, а еще для того, чтобы помогать справляться Френсис с атаками леди Хоггарт. Совершенно не смущаясь того, с какими намерениями она явилась в Серебряные озера, женщина осталась «погостить». Она целыми днями писала какие-то письма, составляла план предстоящего венчания. Размышляла над тем, кого пригласить на него, а кого нет. Естественно, эти нескончаемые потоки измышлений выливались на бедную Френсис, которая все это стоически терпела. Но девушка не решалась намекнуть матушке, что той пора возвращаться в город.

Однако всему приходит конец. Пришёл конец и терпению Френсис. Однажды после ужина миссис Читдаун отвела близнецов в их комнату, а остальные продолжали пить чай в гостиной. Леди Хоггарт некоторое время задумчиво постукивала пальцами по краю стола, а потом преподнесла свои размышления, которые, по-видимому, давно созрели:

- Дорогая, стоит подумать над тем, чтобы отправить мальчиков в приют. Когда-то этот дом станет твоим и они не должны думать о том, что имеют какие-то права… Да и вообще. Зачем эта обуза в виде детей всякого отребья?

- Что? Матушка, Люк и Лео не обуза! Как вы можете? – Френсис показалось, что она ослышалась. – И откуда вы узнали об усадьбе?

- Мне похвасталась ваша служанка. Ну, эта старуха… как ее? Миссис Маклин! – ответила леди Хоггарт.