Я могла биться с проблемами, могла противостоять неудачам, когда у меня была цель, правое дело, любимый человек, ради которого всё это совершалось или во имя чего. Но теперь всё исчезло. Жизнь изменилась за месяц дважды, и я не готова была к таким переменам.

Я ещё раз посмотрела в иллюминатор. Подо мной проплывали леса, поля и какие-то маленькие деревушки. Закрыла глаза, попыталась уснуть, но перед глазами в который раз появилось Сашино лицо в ту ночь, когда он затащил к себе в машину. Мне его не хватало. Очень. Его дыхания с мятным привкусом свежести, горячих рук, которые крепко прижимали и вселяли уверенность.

И я больше его никогда не увижу.

Даже когда Самойлов изменил с Машей, мне не было так больно. Я злилась на него, готова была бить, кусать, но такой внутренней боли, как сейчас, не было.

Снова глубоко вздохнула и едва не разревелась. За эти три дня выпила кучу успокоительного, валерианка вообще уже не спасала. Афобазол, Ново-пассит, глицин, словно витаминки не давали большого эффекта. Только вчера я нарушила своё отшельничество, чтобы съездить в ЗАГС и получить свидетельство о разводе. И сразу направилась в туристическое агентство.

Из горящих туров были направления Турция и Таиланд. Мне было неважно, куда лететь. Я просто хотела побыть одна. И всё же выбрала Пхукет. Может, буддийская философия поможет мне обрести свой дзен.

Хорошо хоть Слава подписал все документы и развод прошёл без сучка и задоринки. Может, он что-то и писал, ведь я должна была дать ему ответ, возьмусь ли за репортаж, но я молчала, не читала почту. У меня не было на это ресурса. Голова гудела, началась мигрень. Я лежала два дня пластом в постели с задёрнутыми шторами, не давала заходить горничной и просила, чтобы меня не беспокоили.

Я не стала ждать прямого рейса, села на ближайший. Со всеми пересадками дорога должна была занять около двадцати часов. Но я была этому только рада. С детства любила дорогу, когда можно расслабиться и никуда не торопиться. Можно было включить плеер, загрузить музыку и наслаждаться басами любимых мелодий. Вот и сейчас я воткнула в уши беспроводные наушники, откинулась на спинку кресла и растворилась в песне Леры «Отпускаю». Как назло, слова песни словно вторили моим мыслям, сдирали тонкую кожицу, которой успела покрыться рана.

Но вместе тем с проговариванием этих слов, мне становилось легче. Хорошо, что соседка, которая сидела со мной, спала крепко и своим храпом раздражала всех. Поэтому мои поскуливания в виде подпевания никого уже не напрягали."

"«Ветер без конца накручивает мысли в моей голове о тебе

Будто карусель, что не умеет тормозить и с каждым разом всё быстрей».

Да, так и есть. Образ Саши мелькал словно карусель. Вот он подходит в первый день, когда спас меня.