– Пока располагайтесь тут, а я постараюсь в кратчайшее время превратить это в комнату для ребенка.

Миша внимательно смотрит на меня. А я на него. Русланчик настойчиво тыкается мне в футболку.

– Мне надо покормить ребенка. – повторяю я.

– Корми. – соглашается Миша.

Я сажусь на кровать, устраиваю своего голодного кроху на коленях. Миша еще внимательнее пялится на меня.

Я не знаю, как мне обнажиться, перед чужим мужчиной, но он, дает мне понять, что отворачиваться не будет.

– Мне нужно оголить грудь.

– Тебе помочь? – ухмыляется мужчина.

– Я стесняюсь при тебе. Не мог бы ты оставить нас на время кормления?

– Я не хочу. – глазом не моргнет Миша. – Тебе нечего стесняться меня.

Мне жалко голодного ребенка, он и так с утра меня не видел. Я задираю футболку, прикладываю младенца к груди. У него совершенно счастливое личико – наконец он с мамой, с ее запахом и теплом, под ее защитой. А это самое главное. А Миша… он просто смотрит. Внимательно. Будто заворожен этим зрелищем."

"– Ты очень красивая, Настя. – вдруг говорит он. – Руслан полный придурок, что так легко отдал тебя мне. Но я – не придурок. Уж я точно не упущу свое!

Он ухмыляется и достает телефон.

– Карен? Привет, дорогой. Да, все хорошо. Слушай, у тебя же магазин детской мебели, помимо прочего? Да, я помню. Ага, сын у меня. Спасибо. Почему не сказал? Так только недавно про него узнал. Короче мне все в детскую надо. По высшему разряду. Кроватка там, столик для пеленания, коляска… в общем, все-все. Ага. Итальянское. И, как можно быстрее. За скорость доплачиваю, это без разговоров. Сегодня смогут? Да, пускай сегодня приезжают, как раз за ночь соберут. Спасибо, братан! Жду!

Глава 60

Руслан

Ненавижу!

Ненавижу эту лживую дрянь и воровку, так же сильно, как люблю. Миша забрал ее из полиции. Мне должно быть пофиг, но это не так! Это ранит меня еще сильнее, чем ее предательство!

Дом опустел без нее и ребенка. Я стараюсь забить пустоту в душе работой, а дома просто ночевать, предаваясь бизнесу все оставшееся время. Но в особняке меня тянет в детскую, откуда я уже распорядился вынести на помойку все вещи, что напоминали о пребывании Насти и ребенка в моем доме.

Я слоняюсь как неприкаянный из угла в угол. Мне мерещится сладкий молочный запах Насти и младенца. Повсюду вижу ее лицо, какие-то отдельные моменты нашей такой короткой совместной жизни. Мне не хватает ее. И ребенка тоже не хватает. Как бы странно это не звучало. Он не мой, иначе хрен бы Настя так легко его у меня забрала. Но я не имею на него никаких прав… Вот идиот! Записал бы его на себя и тогда… а что тогда? Принял бы Настю обратно после всего что она со мной сделала?

С Потапычем мы разошлись окончательно и в плане бизнеса, и в плане дружбы. Настя и тут сумела подпортить мне жизнь.