Может спит? Поверить не могу, что уже сегодня возможно увижу свое чудо, что носила девять месяцев под сердцем, возьму его на руки… И Руслан возьмет…

– Паспорт, документы нашла? – Руслан резко впрыгивает в джинсы, надевает свежую футболку, сверху худи.

Все же ему невероятно идет неофициальный стиль. Впрочем, как и официальный. Я тоже собираюсь, натягиваю на себя «беременные» джинсы.

Уже в дверях Руслана останавливает звонок телефона.

– Да! – бросает он на ходу. – Что?! – вдруг орет он не своим, охрипшим голосом.

От страха я резко сажусь на кровать. Хлопок. Что-то взрывается внутри меня точно воздушный шарик. По джинсам растекается мокрое теплое пятно. В полном обалдении я вскакиваю на ноги, глядя как подо мной растекается прозрачная лужа.

– Руслан! – зову его в полном ужасе, – Руслан!

Но он еще более взбудоражен, чем я.

– Да, красный джип, женщина в красном брючном костюме. Да, это моя мать. Я сейчас же выезжаю!

Руслан нажимает отбой. Мы с ним вдвоем офонарело смотрим друг на друга.

– Маме… стало плохо… с сердцем… на дороге! – побелевшими губами хрипит он. – Она врезалась в дерево…

– Руслан… у меня воды отошли… – только и могу ответить я.

– Мама жива… только в больнице. – не слышит он меня.

Блин, и даже в такой момент свекровь решила напортачить нам…

– Езжай к маме, – принимаю я решение.

– Я поеду, Насть. Черт, она же говорила про сердце! Я не поверил. Черт, как хреново, все, а?

– Ты не виноват, Руслан. Съезди, посмотри, что там с мамой. А я себе такси вызову?

– Зачем? – непонимающе смотрит на меня Быстрицкий.

– Так у меня воды отошли… Это – роды стопроцентные.

– Ну и как я тебя брошу в такой момент? – трясет головой бледный Руслан.

– Хорошо! – нахожу я решение. – Отвези меня в клинику, а потом езжай к матери. Роды – процесс не быстротечный.

– Да, хорошо, милая, давай не терять времени, переодевай мокрое!

Глава 49

– Раскрытие два пальца! – стягивает с себя перчатки врач.

Я в смотровой комнате, в мокром белье – воды продолжают отходить. Их быстро берут на анализ, а меня, переодев в чистую сорочку поднимают в родильный бокс. Мне не по себе. Бросает то в жар, то в холод. Я одна. Да, персонал тут вышколенный, ни одного косого взгляда или слова я не видела. Наоборот, мне выдали одноразовое белье, несколько прокладок, так же в моем боксе была бутилированная вода, крекеры и прочие «диетические» радости для рожениц. Но все же Руслана нехватает неимоверно! А еще очень хочется сообщить мамочке. Ведь она до сих пор не знает ни о моей беременности, ни о связи с Русланом. Но нельзя. Ее еще больший кондратий хватит от этой «чудесной» новости.

Так получается, что я в крутой первоклассной клинике, но совершенно одна одинешенька в самый страшный период своей жизни. И мне даже поговорить не с кем.