— Пазями? Что это?

— Пажами, — догадалась я по смыслу. — Зараза, ты горгулья, а не королева. Зачем тебе пажи?

— Плосто так, — пожала она плечиками. Замерла вдруг, скорчила страшную мордочку и громко чихнула.

— Будь здорова, — сказал ей вежливо Жан-Луи.

— Бозитьки… — ошарашено вытаращилась она. — У миня сейтяс натьнуться сопли… Клала, немедлення неси миня утеплять!

Следующий час мы бурно развлекались, создавая теплый гардероб для горгульи из моих детских вещей. Впрочем, не только моих. Жан-Луи, как самый юный член нашей компании, тоже принял участие, пожертвовав кое-что из чего давным-давно вырос, но что завалялось в его гардеробной.

Кстати, недосмотр прислуги. Надо сказать папе, что зомби не всегда справляются со своими обязанностями и не мешало бы увеличить штат живой прислуги."

"Было весело. Мы нахохотались до слез, пока Зараза ворчала, страдала, бурчала или валяла дурака в вещах, слишком теплых для нее, обитавшей всю жизнь в мягком климате. Ну а что еще делать, если нас от амазонок выгнали, в серьезных событиях участвовать не дают, еды пока тоже не дают. Кухня оказалась в шоке от внезапного наплыва гостей столь разных рас.

А учитывая, что понаехавшие драконы и орки гады… простите, мужики… прожорливые, то и мясных блюд пришлось готовить в разы больше, чем в обычное время.

Наконец, гардероб для нечисти был создан. Несколько кардиганов с высоким горлом, удобными рукавами, пуговицами по пузику и с разрезами для крыльев на спине. Теплые штанишки с дыркой для хвоста. Тут, правда, возникла заминка. Зараза села, взяла свой хвостик в лапы и задумчиво на него уставилась.

— Что не так, лапушка? — спросил ее Ирден.

— Хвость.

А если замелзнет?

— Сделать отдельный чехол? На завязочках?

Горгулья всерьез об этом размышляла перед зеркалом, поворачиваясь к нему то передом, то задом.

— Да ну не-е-е-е, — протянула она наконец. — Тиво я, клылатая койбася, сьто ли? Нихатю в тихол.

Было очень трудно не смеяться, потому что воображение упорно рисовало крылатую колбасу в виде горгульи, засунутой в чехол. Судя по дергающимся губам моих братьев, орков и дракона, не мне одной.

Но свитера свитерами, а пламенной любовью Зараза воспылала к меховой шубейке, которую я ей сотворила из своего детского полушубка.

Внутри белый стриженный овечий мех, а сверху изумрудного цвета парча. Воротник-стоечка, манжеты, золотые пуговицы. Это была любовь с первого взгляда и с первой примерки, еще в нормальном человеческом размере. А уж когда я подогнала все для нее… Разрезы для крыльев, застежка на пузе, расклешенные полы, прикрывающие толстую попу.

На обед горгулья всерьез собралась идти именно в этом наряде. И лишь наши уверения, что сейчас ей будет жарко, остановили Заразу.