– Ульрих, а это ты забрал у меня книгу Дэглана? – вновь вспоминаю об утерянных записях и с надеждой смотрю на монаха.

– Нет, Гвени. Не я, – вздыхает монах. – Когда я о ней вспомнил и попытался найти, опасаясь, что ее обнаружат, у тебя уже ее не было.

Закусываю губу, дабы сдержать рвущиеся наружу эмоции, и внезапно ощущаю чей-то внимательный взгляд. Он словно тоненькими мелкими колючими иголочками пробегается по позвоночнику, заставляя напрячься. Поднимаю голову и с изумлением замечаю, что на меня пристально смотрит никто иной, как ярл Ингвар собственной персоной. В горле сразу же пересыхает, а сердце начинает биться в груди пойманной птицей. Неужели догадался? Неужели понял, что я девушка?

Но прежде чем я успеваю основательно испугаться, он уже отводит глаза и начинает, как ни в чем не бывало, переговариваться с Ове, сидящим у рулевого весла.

На обед нам дают по вяленой рыбешке и кружке воды. Я с удовольствием заглатываю предложенную пищу, ловко выбирая мелкие косточки и выкидывая их за борт. Вода немного отдает несвежим запахом, но после соленой еды ужасно хочется пить, и я не брезгую предложенной жидкостью. Тем более что мне нужно восстановить силы в кратчайшие строки. Обсудить с Ульрихом побег пока возможности нет, я опасаюсь, что нас незаметно могут подслушивать. Но искренне надеюсь, что этим вечером мне удастся перекинуться хоть парочкой слов с ребятами. А пока я занимаюсь тем, что пытаюсь четко распланировать свои действия.

Мне очень повезло, что я в сутане. Странствующие монахи не вызывают особого удивления, да и разбойники на них не нападают, ибо это совершенно не имеет смысла. Денег у таких пилигримов как кот наплакал, а вот божьего суда боятся даже злодеи. Это варварам закон не писан. Что им опасаться пограничья и Черного моря Маннана, если их защищают собственные боги, благословляющие на грабеж…"

"А вот кое-какая провизия мне в дорогу не помешает. Надобно посмотреть, где викинги хранят запасы, и позаимствовать у них еды хотя бы на первое время. И еще не мешало бы понять, где мы собственно сейчас. Двигаемся мы по течению Сионы к Эрийскому морю. От Иорка, беря во внимание скорость драккара, удалились, по меньшей мере, на две сотни миль. Долго же мне придется топать домой. А ведь от Иорка к Кинлоху тоже надобно хоть как-то добраться. Хотя можно вернуться к тому же манистеру, вдруг там остались наши лошади. Значит, решено, я иду к манистеру по Иоркскому тракту. А если повезет, то вполне возможно, что повстречаю какой-то обоз или паломников.

Приняв, наконец, решение и смутно накидав план действий, удовлетворенно откидываюсь спиной на борт корабля, принимаясь разглядывать белые кудрявые облака, и в одном из них мне почему-то мерещится грозный драккар с головой дракона на носу.