Решетка поднимается, словно меня давно здесь ждали, и во внутреннем дворе замка нас уже встречают. Женщина потрясающе красива, и хоть Гвен на не чертами не очень похожа, но что-то неуловимо знакомое сквозит в ее движениях и жестах, которое их роднит. А рядом с ней молодой парень, темноволосый, широкоплечий. Вот в ком угадывается поразительная схожесть, сразу видно – сын. Невольно задумываюсь – а какие у нас с Гвен будут дети? Мысль о том, что в ее чреве уже возможно зреет мой ребенок, неожиданной теплотой отдается в сердце.

– Ингвар Торвальдсон? – спокойно спрашивает юнец. Он держится спокойно и уверенно, хоть сильно уступает мне в воинской силе. Пожалуй, со временем он станет отличным рыцарем.

– Да, – киваю, отдавая поводья подошедшему слуге.

– Какими судьбами, – чуть подрагивают уголки губ женщины в едва сдерживаемой улыбке. Только улыбка выглядит вымученной, словно неведомая мне тревога лежит у нее на душе. Я вижу, что она весьма бледна и, скорее всего, недавно плакала. А у парня сбиты костяшки пальцев в кровь.

– Мам! – оглядывается на нее юноша. А затем поворачивается ко мне. – Вас пустили только затем, чтобы я мог сказать в лицо – Гвен вы не получите, и лучше вам убраться по добру, по здорову.

Кулаки мальчишки сжимаются в кулаки, а глаза мечут молнии. Этот малыш мне определенно нравится. Так отважно защищает сестру, несмотря на то, что я сильнее и опытнее. Не сомневаюсь, что точно такие же слова он бы кинул мне в лицо, даже не будь за его спиной замкового гарнизона.

– Милый, – кладет ему на плечо руку женщина и вскидывает на меня пронзительный взгляд. И хоть мне под ним неуютно, но отвести глаз от ее очей я не могу, светло-зеленых, словно молодая листва и мудрых, как у древней богини. – Прошу проходите, – приглашает она внутрь.

– Мама! – возмущается снова юнец.

– Так нужно. Только его хранитель примет и проведет за грань, – строго говорит эта удивительная женщина. И я понимаю в кого Гвен такая исключительная, такая упрямая и несгибаемая. Ведь, похоже, и ее мать вьет веревки из всего своего мужского окружения, как из меня моя ведьма. – Меня зовут Айне, и как вы уже догадались, я мать Гвендолин.

– Приятно познакомится леди Айне, – целую ее узкую изящную ладонь.

Когда мы располагаемся в зале, женщина снова принимается буравить меня нечитаемым взглядом.

– Ответьте мне, ярл Ингвар, на один вопрос, – сверкает она глазами. – Вы любите мою дочь?

– Мужчины… – начинаю я, но она поднимает ладонь, меня останавливая.

– Мне прекрасно известно, что вы об этом думаете. Я сейчас спрашиваю именно вас, и хочу получить ответ от вас – вы любите мою дочь?

Мне эта ситуация кажется странной и какой-то непривычной. Обсуждать свои чувства я намерен только с Гвен, а просить ее руки у ее отца, о чем и сообщаю леди Айне.