Черт, до чего же он туп.

— Сожалею, — сказала она твердо, — но вы ошиблись, мистер Писли.

— Зовите меня Том.

— Не хочу, — огрызнулась она. — Как вы не поймете, что я не желаю вас знать. Я люблю другого, мистера Элстона, который сейчас придет сюда. Я собираюсь выйти за него замуж. Надеюсь, теперь вы отпустите меня и уйдете.

Вместо того чтобы оскорбиться. Том Писли рассмеялся.

— Теперь я знаю точно, что вы лжете. Я видел его.

На сестру он обращает внимания больше, чем на вас. Это задело Саманту, потому что было правдой.

— Это не ваше дело. Я люблю именно его.

Ее настойчивость рассердила его.

— Я бы убил его, если бы поверил.

Неожиданно он поцеловал ее. Саманта не была подготовлена к грубому нападению. Почти задушенная, она ощутила во рту привкус крови, когда он придавил ее губы к зубам. Возглас протеста застрял у нее в горле.

Он отпустил ее и так неожиданно, что Саманта не сразу поняла это.

Ледяным тоном он сказал:

— Я могу быть нежным любовником, а могу причинить боль. Однажды я чуть не убил девчонку, которая слишком артачилась. А вы, мисс, делаете то же самое. За что и наказаны."

"Ей следовало бы испугаться, но нет, она была в ярости. До сих пор никто не угрожал ей. Саманта ударила его с такой силой, что другого отбросило бы к противоположной стене комнаты, а Писли даже не сдвинулся с места, он был ошеломлен. Такого он никак не ожидал и стоял с открытым от удивления ртом. Воспользовавшись этим, она вырвалась, побежала в спальню и захлопнула дверь.

Замка на ней не было, и Саманта не знала: уйдет ли он или последует за ней. Вбежав в спальню, она стала искать в ящике револьвер. Через несколько секунд револьвер с отделанной перламутром ручкой лег в руку и она почувствовала себя уверенней.

Она хорошо умеет пользоваться оружием. Этому научил ее старейший из vaqueros отца Мануэль Рамирес, муж Марии. Мануэль был упрям и в этом походил на Саманту. Когда в двенадцать лет она потребовала разрешения уезжать из дома одной, никто не мог переубедить ее, кроме Мануэля, пригрозившего застрелить ее красивого белого мустанга, если она начнет ездить одна, не выучившись пользоваться оружием. Он и научил стрелять ее не только из револьвера, но и из винтовки. После этого никто не беспокоился, если она целый день и даже ночь про-; водила на отдаленном пастбище. Все знали, что меры предосторожности в виде быстрой лошади и кольта на бедре приняты.

К несчастью, Том Писли решил последовать за ней в спальню. Он открыл дверь и широко раскрыл глаза при виде направленного на него кольта.

— Зачем вам эта штука, мисс?

— Чтобы заставить вас убраться.

— Вы так думаете?

— Я уверена в этом, мистер Писли, — сказала она спокойно. — Могу даже поклясться в этом. — На ее лице появилась тень усмешки. Саманта окончательно пришла в себя, и это радовало ее.