Схватил окаменевшее тело графа. Странно лёгкий, словно внутри пустота или… Может, там вообще ничего не нет?

Поднёс руку ко рту и носу пленника — не дышит. Совсем. Сердце не бьётся. Что за чертовщина?

— Пять секунд, — пробормотал я, зная, сколько продержится артефакт. Его сила уже истощалась, судя по тому, как начали снова двигаться пальцы графа.

Активировал ещё один, подхватил Рязанова под мышки. Открыл потайную дверь. Затащил окаменевшее тело внутрь и закрыл позади себя. Тащил Рязанова по узкому туннелю к землянке, мысленно считая секунды. Артефакт не продержится долго, а мне нужно успеть доставить его в подготовленное место.

Туннель казался бесконечным. Земляные стены поблёскивали от влаги, собирающейся в капли и сочащейся вниз.

Пот заливал глаза, но я продолжал двигаться. Рязанов становился всё тяжелее с каждым шагом. Или это мои руки устали? Светящиеся линии на его коже то ярко вспыхивали, то приглушались, словно пульсировали в такт какому-то внутреннему ритму. Тело Рязанова начало дёргаться.

— Пять… четыре… — шептал я, зная, что действие артефакта скоро закончится.

Мысли проносились в голове с бешеной скоростью.

Граф дёрнулся в моих руках, его ладонь сжалась в кулак. Ещё немного, и он освободится от действия артефакта. Я ускорил шаг, переходя почти на бег. Земля осыпалась с потолка от моих быстрых движений, падая за воротник и волосы.

Показалась дверь в землянку. Смирнов испуганно вжался в угол, увидев меня, тащащего обездвиженное тело графа. Его глаза расширились от ужаса, а руки вцепились в стол так, что побелели костяшки.

— Что это? Что это такое⁈ — выкрикнул он, указывая дрожащим пальцем на светящееся тело Рязанова.

— Наш гость, — бросил я, укладывая графа на стол, предварительно освобождённый от колб и реторт.

— Два… один…

Рука Рязанова дёрнулась, затем другая. Пальцы начали двигаться, сжиматься, выгибаться под неестественными углами. Его тело извивалось, пытаясь освободиться от невидимых пут артефакта.

Активировал ещё один артефакт парализации, чтобы продлить эффект. Волна энергии снова захлестнула графа, но на этот раз влияние было не таким сильным. Он продолжал двигаться, хоть и медленнее, как будто его тело сопротивлялось воздействию.

— Восемь… семь…

Достал из внутреннего кармана небольшую флягу, внутри плескался спирт. Вылил жидкость на рожу и тело графа.

— Что происходит? — крикнул Смирнов, переводя взгляд с меня на Рязанова и обратно. — Это какой-то монстр? Он… светится.

— Шесть… пять…

Четвёртый артефакт уже был наготове. Смирнов в своём углу дрожал. Сжимал банку со спиртом как последнюю надежду на спасение. В его глазах читался настоящий ужас. При этом он не мог отвести взгляд от светящегося тела графа.