Тем более, когда узнал, что скоро станет отцом, — Эльза выдает свой главный козырь, чем ввозит всех в состояние шока. — О, да, я жду ребенка.

Егор открывает рот, чтобы продолжить передачу, которая, судя по всему, на этой «прекрасной» ноте подойдет к концу, но даже ему требуется пара секунд, не говоря уже об остальных. Я перехватываю инициативу, все-таки руководство надеется на высокие рейтинги.

— Тогда вас можно поздравить. Двое любящих людей наконец-то воссоединились, — с улыбкой на лице и гордо поднятой головой произношу я. — И теперь никто не сможет встать у вас на пути. Совет да любовь, Эльза.

Не знаю, кого эта речь поражает больше — Эльзу, меня, команду нашего канала или массовку зрителей. Наверное, когда стало понятно, кто именно у нас сегодня в гостях, все ожидали женской склоки, бурного выяснения отношений, скандала. Но я точно не хочу марать себя всем этим. Сегодня моя публичность — мой бич, но я выдержу это испытание с достоинством, не позволив себе уподобиться Эльзе.

Поняв, что пик миновал, участники телепередачи подхватывают мою речь и поздравляют героиню с прибавлением.

— А почему же сам отец ребенка не пришел к нам? — громко спрашивает Егор, чем заставляет всех разом замолчать.

— У него слишком много работы, — как ни в чем не бывало говорит Эльза. — Вы же знаете, какой он занятой бизнесмен. Сегодня Богдан уехал в очередную командировку.

— Пожелаем Богдану удачи в бизнесе, — быстро говорит Егор.

Он бросает еще несколько дежурных фраз, и в этом отчетливо ощущается его опыт в качестве ведущего подобных передач, в которых так любят трясти грязным бельем. Я же незаметно выдыхаю. К счастью для меня, эти бесконечные сорок минут вышли.

— На этом наш первый эфир подходит к концу, — говорит Егор, а затем убирает карточку ведущего и от себя добавляет: — А в правдивости вышесказанного вы совсем скоро сможете убедиться.

— В средневековье за ложь отрезали язык. Хорошо, что те времена уже давно прошли, правда, Егор? — иронично усмехаюсь я, и все присутствующие в студии смеются вместе со мной.

— Правда, правда, — отзывается он, подмигивая мне. — С вами были Аделина Царева и Егор Москвин. До новых встреч.

На словах «Стоп! Снято!» я срываюсь со своего места, игнорируя всех, кто встречается у меня на пути. Мне необходимо время, чтобы прийти в себя, а затем разнести весь телевизионным мир к чертовой матери.

Я врываюсь в свою гримерную и закрываю дверь на ключ, провернув его на два раза в замочной скважине. Срываю с себя все микрофоны, дурацкое платье и, случайно разорвав его подол вдоль шва, бросаю в дальний угол. Пусть вычтут из моей зарплаты.

В этот миг мне кажется, я ненавижу весь мир! Он просто пожевал меня и выплюнул, не посчитавшись с моими чувствами.