Как я понял, что это именно их братия? Белые мятые халаты, бледные лица, взъерошенные волосы… Думаю дальше продолжать не стоит.

Ко мне подошёл мужчина в военной форме.

— Добрый день. Моя имя Беркутов Сергей. Меня приставили к Вам, чтобы я осуществлял взаимодействие между ними, — указал он себе за спину, на ученых, — и Вами.

— Костя Селезнёв, — протянул я первым руку.

— Очень приятно, — ответил он на рукопожатие.

— В принципе, мне главное, чтобы они не отвлекали и не топтались рядом. — достаточно громко сказал я, чтобы меня услышали учёные.

Ну а дальше я, слушая подсказки Селесты, полностью погрузился в работу. По её совету, чтобы запутать местных яйцеголовых, я добавлял символы, которые не подсоединял в подпространстве энергетическими линиями к многомерной пентаграмме."

"Четыре часа работы, и я стоял в центре пентаграммы. Координаты Селеста рассчитала к месту на берегу океана, где я добывал соль. И мне оставалось дождаться только наследников престола.

— Вы уже закончили? — спросил Беркутов.

— Да, — ответил я. — Не знаете, сколько нам ждать принца и принцессу?

— Я ждал, когда вы закончите. Меня просили передать, что Ваша помощь понадобится при общении с чёртом.

Я усмехнулся.

— Знаешь, они могли бы и прямо мне сказать, что хотят дать ученым время всё здесь изучить, — указал я на пол. — Только смысла нет. Я уже говорил, эта пентаграмма имеет несколько ступеней. И даже ту пентаграмму, что на полу, я изобразил не полностью. Остальное всё находится здесь, — указал я на свою голову.

— Я прикажу, чтобы они не подходили близко, — сказал Беркутов.

— Будет неплохо, но всё равно придётся всё перепроверять. Не охота оказаться где-нибудь посреди космоса или внутри звезды.

Военный запнулся и серьёзно посмотрел на меня.

— Ты сейчас серьёзно? Это возможно?

— Просто пусть будут осторожными. — Третья пентаграмма служила системой безопасности. Именно она не допускала открытие портала посреди звезды, в кратере вулкана, высоко над землёй или в открытом космосе. Её я строил полностью в подпространстве. Поэтому такой исход, который я обрисовал Беркутову, невозможен. Просто я не хотел сильно заниматься перепроверкой нарисованной пентаграммы и всё.

На машине мы ехали около десяти минут. Военная база была очень большой. Что уж говорить, если на ней был собственный аэропорт. Сотни длиннющих ангаров, которые наверняка были забиты техникой и боеприпасами. Когда ещё самолёт шёл на посадку, я видел военный городок, в котором, скорее всего, жили родные военнослужащих и ученых.

Автомобиль остановился у какого-то административного здания. Мы тут же прошли внутрь, после чего несколько минут блуждали по длиннющим коридорам. Когда Беркутов остановился у лифта, мы несколько минут ждали, когда он приедет.