И хотя теперь я точно знаю, что ты скажешь, я и не приму другого ответа. Но всё же хочу подарить их тебе, раз уж всё равно купил.

— Эрик, — она остановила протянутую к ней руку и посмотрела на него умоляюще.

— Таня, — ободряюще кивнул он, застёгивая на её запястье золотые часы. — Ты будешь варить мне суп?

Она провела пальцами по жёлтому металлу браслета, блестящему в лучах закатного солнца, и отрицательно покачала головой:

— Нет.

Он обнял её и поцеловал в висок:

— Ваше место рядом с ним, а не со мной.

— Я знаю, — она смахнула слезу. — Мы нужны ему. Как никогда нужны.

— Мама! Мама! — бежала к ним со всех ног Софи. — Бабушка зовёт всех на ужин. Она остановилась перед ними, запыхавшись, и протянула Эрику альбом.

Маленький, всего на несколько фотографий, весь потёртый по углам и грязный. Софи с детства с ним не расставалась.

— Вот, видишь, — ткнула она пальцем в улыбающуюся фотографию Влада, такую же, как у Тани в телефоне. — Это мой папа. А это они с мамой.

— Это мы шесть лет назад, — пояснила Таня Эрику, стараясь не плакать, глядя на своё счастливое лицо.

— И здесь тоже, — перевернула Софи страницу. — А здесь папа один. И здесь.

— Думаю, он очень по тебе соскучился, — уверенно сказал Эрик.

— Мама сказала, что, когда я подрасту, она заберёт меня, и мы к нему поедем, — заявила она гордо.

— А ну-ка, отойди-ка подальше, — попросила Таня дочь. Девочка послушно сделала назад два шага. — Распрямись. Покрутись.

Эрик опустил глаза и улыбнулся, глядя как старается малышка.

— Мне кажется, ты уже достаточно подросла.

— Урааа! — кинулась она к Тане на шею, оглушая их обоих. — Мы едем к папе!

Весь вечер после ужина ушёл на примерку зимних вещей, которые привезла дочери Таня. Софи нарядилась в новый пуховик и складывала в свой рюкзак книжки и игрушки.

— А Теодора можно взять? — вытирала она ладошкой пот, показывая маме потрёпанного медведя.

— Конечно, — кивала Таня.

— А Этуаля? — хитрила Софи, видя, что Таня отвлеклась и в задумчивости склонилась над содержимым ящика комода.

— Нет, щенка нельзя, — ответила она дочери, не поворачиваясь.

— А Эрик поедет с нами?

Таня слышала, как в гостиной после свиной отбивной под грибным соусом и вина, отец на ломанном русском жаловался Эрику на налоги — постоянную тему для недовольства французов:

— Налог на наследство такой, что каждый владелец практически дважды выкупает свой замок, который и так принадлежит его семье.

И Эрик явно его поддерживал.

— Нет, он поедет в Италию к своей дочери. Он тоже по ней очень соскучился, — села Таня на кровать со стопкой крошечных трусиков. — Выбери самые-самые любимые.

Софи дёрнула нижние, а остальные упали на пол.

— Да, правда, что это мы? — осмотрела наведённый бардак Таня. — Лучше купим всё новое и полетим налегке.