Джеймс также признался, что теперь, когда Феникс вернулся в город, и моя помолвка рухнула, он хотел убедиться, что я защищен от Матиаса.

— Понятно, — сказал я. — Но все, что обнаружил Дэн, все еще не прикрывает мою задницу против Матиаса. Ты не дал мне ничего, кроме слухов.

Глаза Джеймса потемнели, и он вдруг стал выглядеть намного старше своих лет.

— Мы можем позволить другим делать работу за нас. Просто разошли информацию по разным сетям, — предложил он. — Пусть проблема решится сама собой. Ему придется уйти.

Я был благодарен за то, что Джеймс пытался помочь. Но это не вариант.

Я покачал головой.

— Если мы это сделаем, LBC получит еще больший удар.

— Но мы не можем позволить, чтобы Матиасу все сошло с рук. — Джуд сжала мою руку. Нежный жест для моего величайшего греха.

Я повернулся к ней с ухмылкой на лице.

— И не сойдет.

А потом я стал бездомным.

Я расторг договор аренды с воскресенья, с того дня, когда должен был вылететь в Лос-Анджелес. Только формально сейчас было утро понедельника, а я и близко не подходил к западному побережью. Это означало, что мне пришлось где-то переночевать, и, к счастью, это была квартира Джудит в Бруклине.

К разочарованию моего члена, я спал на диване. Но все же это было лучше, чем ночевать в отеле на миллион звезд или в «Лоран Тауэрс», на который я даже смотреть не мог после того, как узнал, что Матиас мне не отец.

Не я ему изменил.

И все же именно я принял на себя большую часть его гнева.

Утром Джудит приготовила для отца что-то, похожее на канализационную воду, блевотину и страдание, и подвинула ко мне миску хлопьев. На них даже не было бренда. Их вывалили прямо из шестифунтовой коробки с логотипом «Костко».

— Кариес и диабет. Завтрак чемпионов, — пробормотал я в миску, набирая ложку.

— Мои извинения. По понедельникам обслуживание номеров не работает. — Джуд села рядом с отцом и похлопала его по жилистой руке.

Я чертовски любил эту девушку. Недостаток средств она восполняла любовью.

— Все в порядке. — Я отмахнулся от нее. — Я буду отвечать за завтрак, когда мы будем жить вместе.

Ложка стукнула о тарелку, а позабавленный взгляд Роба метался между нами.

Джуд внимательно посмотрела на меня, пытаясь понять, шучу я или нет.

Я не шутил.

— Я не люблю завтракать, — сказала она. — И да, я знаю, что это самый важный прием пищи за день.

Мои взгляд скользнул вниз по ее животу и остановился там, где ее скрыл стол. Я улыбнулся.

— Нет, это не так.

— Ты ужасен. — Она спрятала улыбку за кофейной кружкой.

— И сегодня ты позволишь мне выбрать твои конверсы, — парировал я.

Роберт рассмеялся.

— Ты слышишь это?

— Что слышу? — Ее щеки раздулись, как у хомяка, когда Джуд пыталась подавить смех и выглядела при этом слишком мило.

То, что я чувствовал к ней, было тошнотворным.