Пока никакой полезной информации.

— Мои девочки, — продолжила говорить Изольда. — Ничего удивительного, что решили остаться с тобой. Пожили в роли людей, почувствовали, что это такое, — быть, как человек. А потом им попался ты… Тот, кто не смотрит, что мы твари. Тот, которому плевать на наши различия. Конечно же, они в тебя влюбились.

Вот только кажется мне, это всего лишь её манипуляция, очередная попытка разжалобить, заставить думать о перевёртышах и тем более о ней как о чём-то большем, чем просто инструменты. Зря старается.

— Как ты создаёшь перевёртышей? — задал я вопрос, решив перейти к сути. Все эти эмоциональные выверты мне не интересны.

— Нужна нетронутая девочка, желательно чем меньше, тем лучше, — скрипнула зубами Изольда. — До её месячных и открытия источника я ввожу им в кровь манапыль, начиная с малых доз и постоянно увеличивая, пока источник не откроется насильно.

Она говорила медленно, отчётливо произнося каждый слог.

— Когда магическое ядро формируется? — уточнил.

— Обычно через три-четыре месяца, — ответила Изольда, не поднимая глаз. — Это самый опасный период. Большинство девочек умирает именно тогда. Их тела не выдерживают нагрузку, а разум ломается от боли. Те, кто переживают этот этап, переходят к следующему.

Речь женщины изменилась на деловую, даже с нотками чего-то научного, словно это обычный эксперимент."

"Впереди что-то зашуршало. Я остановился, прислушался. Один из паучков двинулся разведать обстановку — медленно, аккуратно. Я сосредоточился на его зрении: вроде бы ничего. Кивнул, и мы продолжили путь.

— Каналов ещё нет в теле ребёнка, поэтому использую кровь и части монстров, чтобы вырастить их, как у тварей. Это очень больно. Тело горит, разум путается, и так несколько лет. Дальше — пытки и боль с большими дозами манапыли. Тело получает свойства регенерации и скорости. И один из последних ингредиентов — яд скорпиозов. Он позволяет перевёртышам менять облик, — закончила она мысль.

— Ты используешь одинаковый состав для всех? — поинтересовался я. — Или каждый перевёртыш получает свою… особую формулу?

— Основа всегда одна и та же, — Изольда на мгновение задумалась. — Но я корректирую рецепт под каждую девочку. У всех разная выносливость, разный порог боли, разные скрытые таланты. Кому-то нужно больше яда змей, кому-то — крови волков. Это сложная алхимия, смешанная с инстинктами. Я чувствую, что именно нужно.

Интересно… Очень интересно. О большинстве деталей, о которых она говорит, я и сам догадывался, но вот про яд скорпиозов… Это действительно ценные сведения. Если токсин даёт способность менять форму, то какие ещё свойства может иметь?

— Скорпикозы, — произнёс я.