Может быть, это его сестра?

Крофтон вытащил пригоршню банкнот из кармана и бросил их на землю, деньги зашелестели на ветру.

– Ползай и собирай, свинья!

– Ворон, – поправил Трис, едва подавив искушение заставить мужчину собирать банкноты зубами. – Мадам?

– У меня нет кошелька.

Холодный тон, речь образованного человека. В лунном свете лицо женщины казалось высеченным из чистого белого мрамора.

– Тогда ваши серьги, милая.

Трис понимал, что что-то здесь не так, и он не мог уехать, оставив загадку нераскрытой. При мысли о благородной даме в лапах Крофтона его передернуло.

Он взглянул на женщину, но та не удостоила его вниманием, словно Триса и не существовало. Даже когда она сняла серьги и бросила их на землю рядом с деньгами, то не подняла глаз. Пауза затянулась, и она наконец посмотрела на Триса – прищуренные глаза, плотно сжатые губы. Таинственная леди не была напугана. Она была в ярости.

Если она так недовольна возникшим препятствием, значит, она поехала с Крофтоном по доброй воле. С другой стороны, Трис не мог забыть, как Крофтон толкнул ее, и ее инстинктивный гнев.

И тогда он понял то, что не давало ему покоя.

Неделю или две назад Крофтон выиграл в карты поместье Стокли-Мэнор, в Кембриджшире. Он собирался устроить вечеринку, чтобы отпраздновать это событие, – оргию, если быть точным. Трис получил самонадеянное приглашение от него – вечеринка была назначена на завтрашний вечер.

Значит, Крофтон ехал туда, и он не взял бы с собой ни сестру, ни другую приличную леди. И хотя это казалось невероятным, мадонна в лунном свете, видимо, всего лишь дорогая шлюха. Не все шлюхи были дешевыми девками, некоторые из них выглядели как настоящие дамы.

Опыт и интуиция, однако, говорили Трису, что эта женщина не из таких. Был один способ проверить это.

Ле Корбо слыл безрассудным разбойником, романтиком и иногда предлагал вернуть награбленное в обмен на поцелуй дамы. Многое можно узнать по тому, как женщина целуется.

Трис улыбнулся пленнице.

– Так как вознаграждение за вашу свободу, к несчастью, упало в грязь, я должен просить тебя, красавица, поднять его для меня.

Он думал, что женщина откажется. Лунный свет не позволил разглядеть, как гнев окрасил эти круглые щечки, но по тому, как сжались ее губы и гордо вскинулась голова, стало ясно – это порядочная дама. Ни одна шлюха так бы не отреагировала на унижение – они к этому привыкли.

– Сделай это! – отрезал Крофтон. – Пусть хам отстанет!

Она вздрогнула от его голоса, но снова повиновалась, пошла вперед и склонилась, чтобы подобрать деньги и серьги. Каждое ее движение было исполнено достоинства.

Трису не нравилось все это. Он слышал, что Крофтон любит грубые развлечения и что он частенько совращает девственниц – чем меньше они хотят этого, тем для него лучше.