Её шкура была чёрной и скатанной, а по всему телу ярко-зелёной энергией пульсировали красивые вензеля.

— Р-р-р-ра-а-а!!! — взревел монстр.

На мой ветер ему было совершенно плевать.

«Используй Второй Дар!» — родилась в голове чёткая мысль.

Я всё ещё в полной мере не понимал, что происходит, а в голове уже звучала вторая мысль:

«Нужно объединить две маны. Маной Второго Дара покрыть ману основного Дара».

Слова прозвучали в моей голове, как заученные, и стоило лишь потянуться к малому сердечнику, как тело само помогло мне сделать необходимые махинации. Энергия — хотя тут говорят «мана» — от моего Персонального Дара пронеслась через ману первого сердечника, смешиваясь с ней и выходя из пальцев. Я представил недавний поток ветра и выпустил простенькое заклинание.

Голова монстра была буквально в полутора метрах от меня, когда сияющий серебряным светом поток ветра высек кровь и искры зеленоватой энергии из неё.

Тварь завопила, я полуборотом ушёл в сторону, а затем взмахнул рукой, попробовав ещё одну простенькую атаку.

В прошлом, использовав такой конструкт, я бы хлестнул противника энергией. Сейчас же с кончиков моих пальцев сорвался ветровой серп. Разумеется, я покрыл его своим Персональным Даром… или, как тут говорят, «Вторым Даром». Потому серп ветра вновь отливал холодным серебром, словно был создан из металла.

Серп практически в упор ударил в шею монстра, тот захрипел и рухнул замертво.

Я резко огляделся по сторонам. В боевой обстановке мой мозг работал на пределе возможностей. Откинув долгие размышления и переживания, он выдавал лишь голые выводы:

'Демоны приходили из других миров — значит, другие миры есть. Люди порой получали силы демонов — значит, возможно объединение двух сущностей из разных миров.

Похоже, я в другом мире. В другом теле.

Юнцы вокруг в одинаковой форме дохнут от монстров — значит, зелёных юнцов бросили на убой, чтобы выиграть время.

Понятно. Работаем'.

Недалеко на примятой траве валялась чёрная штурмовая винтовка. Выглядела она как экспонат из музея оружия, зато, как подсказала мне обрывочная память реципиента, стреляла магическими патронами.

Схватив винтовку, я тут же прицелился и выстрелил в ближайшего волкоподобного монстра, пытавшегося пробить огромную каменную стену, которую поддерживал здоровяк, как и все наши, облачённый в чёрный тактический бронекостюм и шлем. Здоровяк, не щадя себя, защищал двух раненых товарищей, валявшихся за его спиной и корчившихся от боли.

— Брось их, Артём! Помоги мне! — рявкнул другой тип, который, петляя между деревьями, швырял в преследующего его монстра огненные шары.

— Не могу! — прорычал здоровяк.

— Брось, это приказ! — рявкнул огневик.

«Сержант Николай Иванович Кононов», — припомнил я его имя.