Так и знала, первый порыв — шмыгнуть обратно к мужчине, который нас выгнал.

Пусть и пытаясь защитить от покушений, в чем я, кстати, до сих пор еще не уверена. Но выгнал же!

А сейчас и подавно обратно не примет.

— Ни за что! — отрезала я.

— Ты не переживай, Элайдж хороший мальчик. Он не будет злиться, что ты сбежала. Ты же хотела сохранить свою жизнь и найти злоумышленников, — поглаживая по голове, как мелочь неразумную, принялась увещевать тетушка.

Видно, что ей тяжело, хоть она и не возмущается и не просится обратно во дворец. Вон как уцепилась за малейший шанс вернуться в прежние комфортные условия.

— Главная проблема вовсе не в том, как отреагирует принц. Потому что сообщать я ему не собираюсь! — жестко отрезала я. — Будет скандал, меня с позором вышлют в Хакон на радость синне Алессии.

Еще бы. Я магичка огня, они по определению не способны понести от мужчины другой стихии. Отсюда вывод? Разумеется, меня обвинят в измене. Хорошо, если только мужу, а не государству.

Оно мне надо?

— В чем тогда?

К чести тетушки, она не стала меня переубеждать и что-то доказывать. Сама все быстро поняла и додумала. Уже видела аналогичную ситуацию на примере сестры. А матушка-то моя была магичкой земли, там все куда проще объяснялось… при желании. Отчего-то мне кажется, никто разбираться в моем случае не пожелает.

— В том, как нам отсюда съехать. И куда, — поджала я губы.

— Разумеется! Мы не можем здесь задерживаться, ребенку не место в подобном заведении! — воскликнула Сильвана, прижимая руки к щекам.

Меня моральный облик будущего отпрыска волновал менее всего. А вот возможность похищения и дальнейшего шантажа — очень даже.

Тетушка моя боевая, в обиду себя не даст. Ее во время заданий я оставляла одну без особых сомнений.

Ребенок же менял все.

Если его умудрятся выкрасть… а сомнительные элементы вроде Валета обожают подобные приемы, чтобы держать подчиненных в руках… это будет настоящая катастрофа!

Нет, нам нужно более безопасное убежище. И срочно, пока живот не виден!

Но две женщины без сопровождения — слишком приметные путешественницы. Нас мигом выследят и вернут.

Значит, придется разделиться.

— Сначала мы спрячем тебя, — принялась рассуждать вслух.

Посторонних ушей я не боялась — все стены, пол и потолок комнаты теперь украшали руны защиты. Не только от прослушивания, но и от посторонних, ядов, воров и соглядатаев.

Жаль, от дурных мыслей нельзя такую поставить.

— Я продолжу работать, как ни в чем не бывало. — Да, заказы Валета я называла работой, в частности, чтобы не смущать тетушку. Не могу же я ей в лицо заявить: «Пошла-ка я на дело!» Ну, могу, но у бедняжки и так стресс на стрессе. — Скажу, что ты уехала к родне. Все знают, что тебе не по душе жизнь в борделе.