— И что дальше? — нахмурившись спросила Екатерина.

— Дальше… либо мы с тобой договариваемся и разделяем малый совет и думу по фракциям, либо я договариваюсь с твоим сыном и делаю то же самое. Он еще молод, мы можем на него повлиять. А у тебя есть шанс почувствовать себя и матерью, и наставницей. — ответил Петр, улыбаясь.

Впервые за несколько месяцев на душе у него стало легко и приятно. Наконец можно было сбросить с себя груз непомерной ответственности, чтобы переложить его на кого-то другого. Не этого безумного кровожадного мальчишки народовольца, но по крайней мере разделить бремя с сестрой и министрами, которые теперь будут бороться не с ним.

Осталось согласовать детали."

"— Позовите цесаревича Александра обратно. — приказал Петр, нажав на кнопку вызова распорядителя через два часа, когда соглашение было составлено и подписано.

Сказать, что я не выспался, значит ничего не сказать. Кажется, только глаза сомкнул, и тут же стук в двери меня поднял. С другой стороны, торчать во дворце тоже лишний раз не хотелось. Может прозвучит излишне громко, но я отвечал за своих людей, а находясь вдали от них не мог ничем помочь.

И Ангелина…

— Прошу, присаживайся. — показав мне на уже знакомое кресло проговорила Екатерина, и я, не став спорить, разместился напротив Морозовых.

— Судя по тому, что меня пригласили сюда, а не тащат в подвалы, вы все же решили принять мое предложение? — улыбнувшись спросил я.

— Ты уже дал нам возможность оценить эффективность твоего задержания, поэтому мы и в самом деле договорились. И даже согласны поддержать твои притязания на престол. Но при нескольких условиях. — довольно ответил Петр. — Во-первых, и это не обсуждается, сегодня же вы с моей дочерью венчаетесь.

Это будет тихая процедура, куда будут приглашены лишь избранные. На ней же тебя официально признают наследником престола Российской империи, и будущим государем.

— Ясно… значит в случае моей преждевременной кончины на престол сможет сесть Мария? — чуть подумав ответил я. — Думаете на нее вы повлиять сумеете лучше, чем на меня?

— Думаем, что проверять это желания нет ни у кого из присутствующих. — оборвал меня Петр. — Пусть информация о вашей помолвке неминуемо просочится, но подтверждения ни у прессы, ни у кого из присутствующих не будет.

Ваши клятвы останутся у меня. Как и факт признания главными родами твоего статуса. Официально же, для мира, ты продолжишь оставаться Александром Брониславовичем Суворовым. Пока не окончишь высшую военную академию и не достигнешь возраста разумной зрелости. Двадцати пяти лет.

— Хотите отодвинуть меня от престола на десять лет? — хмыкнул я.

— Хотим уберечь. — сказала Екатерина. — Убедиться в том, что ты справишься и дать тебе достаточно времени чтобы повзрослеть.