Девушка ненавидела весь мир, себя за свою слабость и за то что позволила с собой это делать, и нежеланного ребенка, которым была беременна уже три месяца. Она отказывалась есть и лишь ревела, свернувшись калачиком. Глядя на нее, даже у меня опускались руки, и в голове возникала предательская мыслишка, что зря я забрал ее из клиники, где девушке могли бы помочь профессиональные психологи.

Я мог заставить ее мозг вырабатывать эндорфин, но не мог заставить ее принять реальность такой, какая она есть. Для этого нужно не только снижение уровня стресса, но и пренебрегать своими силами для помощи я не стал. Восстановил нормальное кровообращение, подачу гормонов и потоки праны. Дальше она должна решить, что будет делать сама, мне же оставалось лишь сдать ее на руки подругам по несчастью.

Что-то мне подсказывало, что как бы в ордене ей помогли, так и закрутили, навсегда оставив среди служителей Асклепия, и именно из таких, обиженных всем светом, попавших в тяжелое материальное положение или жизненную ситуацию, и формировалось крыло дарников служащих ордену. Типичные жертвы тоталитарных сект.

Но это же значило и обратное. Человек, особенно человек взрослый, выбравшийся из депрессии и переживший тяжелую ситуацию зачастую хочет вернуться к нормальной жизни. Обычно. А значит если убрать фактор наркотической зависимости и выявить тех, кто уже устал служить ордену, у нас могут появиться сторонники внутри.

На следующий день мне пришлось вернуться на несколько часов на корабль, чтобы проконтролировать перестановку реакторов. Никаких технических умений от меня не требовалось, я просто страховал щитами техников, во время транспортировки по кораблю и установки на место демонтированных приемников. Заодно убедился, что Краснов с Шебутновым нашли общий язык и сейчас о чем-то договаривались.

Влезать в дела приятелей я не собирался, тем более что мне хватало других, немаловажных задач. Только в первые сутки с помощью антенн порта удалось перехватить около сотни сообщений, идущих из крепости, но все они оказались зашифрованы и потому узнать, что в них содержится на данном этапе не представлялось возможным. А спустя три дня первые приготовления наконец были закончены.

— Офицерский клуб «Мантис». — сказал Багратион, выкладывая передо мной клубную карту. За эти дни яд окончательно вышел из него, и сейчас княжич занимал рабочий кабинет отца. — Сегодня вечером там встречаются со своими дамами отставные и действующие матросы, служащие на флоте. В основном – дарники одиннадцатого-десятого ранга. Дворяне среди них есть, но никого выше девятого ранга.

— Я так понимаю ты не просто отдохнуть мне предлагаешь? — спросил я, рассматривая полупрозрачный кусок пластика, на котором был выведен силуэт богомола.