Она услышала шорох, звук открываемой коробки, шуршание упаковочной бумаги. А потом сзади снова подошёл Борис, прижался к спине, его ладонь легла на низ живота Татьяны.

– Так что там насчёт удовольствия, детка? – вкрадчиво произнёс он на ухо, и его пальцы настойчиво проникли между мягкими складочками, добираясь до сердцевинки. – Давай, Танюш, для тебя же стараемся…

Вторая его рука подхватила её ногу, высоко подняв так, что ей пришлось упереться стопой в край стола. Борис отвёл колено Тани, раскрывая её сильнее, а пальцы между тем уверенно проникли дальше, лаская, поглаживая, возбуждая. И Женя смотрел, как его брат делает это… Смотрел, как увлажняется её лоно, реагируя на прикосновения, и от этой унизительной ситуации становилось стыдно и жарко одновременно. Чёрт. Гораздо хуже обычного насилия, это вот принуждение против воли, когда разум не хочет, а тело просто подчиняется физиологии… И удовольствие тоже не добровольное, Таню заставляют его испытывать.

Она прикусила губу, вздрогнув, когда палец Бориса коснулся набухшего, скользкого клитора, провёл дальше, подразнив упругий вход. Бёдра сами подались навстречу в стремлении продлить ощущения, получить больше.

– Во-от, отли-ично, – протянул довольно Борис, продолжая ласкать. – Вот так ты мне больше нравишься, Танечка…

– Вижу, ты уже готова, – наконец отозвался Женя, и Таня только сейчас обратила внимание, что же он держал в руках.

Какую-то овальную штуку размером с яйцо, но более мягких обводов и вытянутую, силиконовую, и с маленькой лапкой на упругом стебле. Она моргнула, не сразу поняв, для чего эта штука, и только когда Евгений с предвкушающей усмешкой поднёс игрушку к Таниным раздвинутым ногам, осознала. И только и смогла судорожно вздохнуть, когда Самсонов-старший легко протолкнул это внутрь её тела. Так, что лапка мягко прижалась к уже раздразненному клитору, жарко пульсировавшему в такт тяжёлым ударам сердца. Таня издала тихий возглас, мышцы сами сжались, вбирая игрушку глубже, и лапка сильнее надавила на чувствительный бугорок. А потом Мельина заметила в пальцах Евгения… простенький пульт. «Чёрт!!» не сводя с неё горящих глаз, мужчина нажал на кнопочку, и Татьяна чуть не охнула в голос, ощутив внутри мягкую вибрацию, прокатившуюся по телу волной.

Вспышка удовольствия чуть не ослепила, Таня выгнулась, подавшись вперёд и запрокинув голову. Оттуда моментально выдуло все остатки мыслей и прочего мусора, осталось лишь тягучее возбуждение, дразнившее натянутые до предела нервы.