Буллет не выглядел отравителем. Скорее уж можно было ожидать яд из рук моих золовок. Да и я сейчас настолько беспомощна, что при желании со мной можно делать, что угодно.

Даже удивительно, что Гилберт ещё не воспользовался моим состоянием. Видно, ему самому не лучше.

Стоп. А почему в хозяйской спальне я, а не он?

Видно, отвар всё же оказал благотворное действие. Потому что я начала соображать здраво. Хотела задать вопрос, но пока не знала, как его сформулировать. Рассматривала белые бинты, сдавившие грудь и руку и уходящие под тёплое одеяло.

Доктор Буллет унёс стакан. И я испугалась, что он уйдёт совсем, так и оставив меня в неизвестности.

– Доктор… – прошептала встревоженно. Дыхание сбилось от страха.

Но он пока не собирался уходить. Снова присел на край кровати. Долго смотрел на столбик в изголовье, словно собираясь с мыслями.

А потом заговорил, по-прежнему не глядя мне в лицо.

– Нам удалось приблизительно восстановить ход событий. Тем вечером приморозило. Лошади поскользнулись, и коляску занесло на льду. Вам повезло… – доктор на пару мгновений замолчал, подбирая слова.

А я напряжённо молчала. Судя по затянувшейся паузе, мне действительно повезло.

– Вас выкинуло из коляски, прежде чем она упала с обрыва, – подтвердил доктор Буллет.

И всё же мне нужны были факты.

– Гилберт?.. – голос дрогнул, не позволив закончить фразу.

Доктор принял это за переживание о муже. Но он ошибся. Я волновалась исключительно за себя.

– Господин граф упал в реку. Вместе с коляской. Скорее всего, он погиб…

– Что значит «скорее всего»?

Меня начала злить манера доктора цедить слова, недоговаривая самое главное. Неужели нельзя прямо сказать: «Поздравляю тебя, Оливия, ты теперь вдова»?"

"Но доктор не спешил с поздравлениями. Наоборот.

– Тело вашего мужа так и не нашли. Поэтому у нас остаётся надежда. Хотя за прошедшие дни она и поубавилась.

Надежда…

Наши с доктором надежды явно не совпадали. Но меня зацепило другое слово.

– За прошедшие дни? Сколько я здесь лежу?

– Вы проспали три дня, – огорошил меня доктор Буллет. – Мы переживали за вашу жизнь. Но теперь всё будет хорошо. За пару недель вы восстановитесь. А через месяц сможете отплясывать на балах…

Доктор замолк, видимо, вспомнив, что мой муж «скорее всего» погиб. И на балах мне долго отплясывать не придётся. Ближайший год уж точно.

Снова скрипнули половицы. Раздались уверенные шаги, отвлекая меня от размышлений. Эту походку я знала.

Изящная женская рука отдёрнула полог балдахина, являя нашим взглядам Беллу. Она ласково улыбнулась доктору и пропела нежным голоском:

– Доктор Буллет, вы не могли бы оставить нас с милой Оливией наедине? Уверена, ей сейчас необходима родственная поддержка.

– Да, конечно, я распоряжусь, чтобы госпоже графине подали бульон.