Мое ядро гладкое и пульсирующее, близко к точке детонации, которой я достигла вчера, но не совсем.

— Они довольно чувствительны, не так ли? — он скользит языком взад и вперед по розовой вершинке. — Это больно?

Я жую медленно, дабы не подавиться едой, но мне удается кивнуть.

— Это причиняет боль, не так ли?

Я снова киваю, даже не зная, зачем это делаю.

— Но этого недостаточно. Ты жаждешь большего.

Я смотрю на него с дикостью, которая бьется у меня под кожей, как у животного. Обладает ли он телепатическими способностями?

Джонатан отпускает мой сосок и скользит рукой вниз по животу поверх растрепанной, едва застегнутой блузки.

Я прерывисто втягиваю воздух, но обязательно откусываю еще кусочек еды. Это так ужасно, но у меня нет желания останавливаться.

Я поймана, на крючок, леску и грузило. Вместо того чтобы сражаться и вскоре умереть, я предпочитаю насладиться последним плаванием.

Джонатан ныряет мне под юбку и под нижнее белье. Его длинные, мужские пальцы оставляют обжигающе горячие следы на обнаженной коже, когда он обводит мой клитор.

— Ммм. Ты промокла.

Его одобрительный тон заставляет меня закрыть глаза в чистом блаженстве.

Я никогда, никогда раньше не пыталась быть мокрой для кого-то. Я осознала свое оцепенение и смирилась с ним. Во всяком случае, я преуспела в этом. Это первый раз, когда я рада, что преуспела.

Я мазохистка или что-то в этом роде?

Джонатан одновременно щиплет меня за сосок и за набухший клитор.

На этот раз никакого предупреждения. Никакой тревоги об опасности или даже сокращения моего желудка. Жар затягивает меня в свои обжигающие объятия. Я кричу и взрываюсь на его руке, будто так и должно было быть всегда.

Это падение похоже на прыжок с тарзанки без веревки, но все же кажется, что это прыжок всей жизни. Тот, из которого я никогда не вернусь.

О, Боже.

Я все еще перевожу дыхание, безуспешно пытаясь его выровнять, когда Джонатан отпускает мое горло и указывает на тарелку. Она пуста. Так же, как и мои внутренности."

"Этот ублюдок манипулировал мной, заставляя съесть все это.

— Хорошая девочка.

Он ухмыляется, затем отталкивает меня от себя, так что я оказываюсь на стуле, встает и уходит.

Я остаюсь, моя одежда смята, сердце пульсирует, а соски болят.

И все же все, чего я хочу, это большего.

Я так облажалась.

Глава 19

Аврора

Разве я говорила, что смогу продержаться шесть месяцев в компании Джонатана?

Прошло всего две недели, а я уже на пределе своих возможностей.

Каждый день я возвращалась в дом, дрожа в предвкушении того, что он сделает дальше. На какие кнопки он будет нажимать. Какие нелепые требования он выдвинет.

Каждый ужин и завтрак Джонатан сажает меня к себе на колени и заставляет съесть всю мою тарелку.

Дело даже больше не в еде.