Лихорадочно подол наверх, трусики рывком к дьяволу и без раскачки двумя пальцами в нее, жадно глядя, как резко распахнулись глаза и задрожал подбородок, а рот открылся в крике, и я открываю свой, застывая вместе с ней с этой адской гримасой боли-наслаждения почувствовать горячие стенки лона пальцами, как сильно сжала изнутри. Глубоким толчком в нее и, не целуя, сожрать стон. Проглотить так, чтоб видела, как открывается шире мой рот, и мое лицо искажается от дикой похоти. Смотри на меня, девочка. На моем лице каждая эмоция и жажда по тебе, за которую я тебя уже ненавижу.

— Трахнуть тебя, значит?

— Даааа, — прогибается как кошка, а меня одновременно и тошнит от понимания, что это очередная долбаная игра и меня выставят после этого за дверь, и в то же время я до боли ее хочу. До изнеможения. Убедиться, что держу ее в руках, что она существует, мать ее. Если это и есть любовь, то будь она проклята, потому что до встречи с этой дрянью я все же был уравновешенным человеком.

— Сильно хочешь? — стиснул обеими руками маленькие груди. Щипая напряженные соски под ее всхлип.

— Зверски хочу… — схватил за шею и привлек к себе, слегка сдавливая пальцами и лаская маленькую ямочку посередине, чуть выше ключиц. Искать голод в ее взгляде… убеждаясь, что не лжет. Потому что зрачки расширены, и рот приоткрыт, губы пересохли она их постоянно облизывает и даже сама не понимает, что делает это неосознанно. Жадно пройтись языком по шее сбоку, по подбородку и со стоном погрузить в ее рот, не прекращая поглаживать бьющуюся выемку и зарываясь второй рукой в волосы на затылке. Вдавливая ее лицо в себя, засовывая язык глубже, ударяя по ее маленькому язычку и сатанея от рваных вздохов и стонов.

Если ты изголодалась, то я сейчас живой мертвец, пересохший от жажды и голода. Мертвец, который вдруг внезапно воскрес на какие-то доли секунд и знает, что это ненадолго.

Неет, маленькая, неет. Я слишком голоден и зол, чтоб это было прямо сейчас. Я слишком себя возненавижу, если ты получишь то, что получала всегда. Выматериться, когда всосала мой язык. Стиснуть рукой член, чтобы болью унять адское желание кончить. Продолжая жадно целовать, накрыл обеими руками грудь и сильно сжал. Маленькие и такие упругие соски упираются мне в ладони, и я жадно тру их, не прекращая вбиваться языком в ее рот, лизать ее язык. Потираясь о ее плоский живот. Соски, упирающиеся в ладони, становятся все острее, и она стонет и извивается, распахивает ноги шире. А я чувствую, как дергается член в адском желании кончить, разрядиться прямо в штаны, б***ь. Я бы сейчас взял ее везде. Каждую маленькую дырочку в этом теле. Ощущать, как нарастает ее возбуждение и трепещут мои ноздри от аромата ее соков. Течет, моя девочка.