— Это место уже давно не то, — пожала плечами женщина, — его даже продали кому-то из частников. Не помню, зачем это понадобилось, но мы периодически выставляем на торги полигоны, когда заканчивается естественный потенциал земельных ресурсов и с этой почвой мы, например, не работаем с удобрениями.

— И всё же. Могу я получить адрес? — настойчиво попросила Глафира.

— Безусловно. Но моя память на такие дальние расстояния уже не может справляться с ролью проводника, поэтому вам будет проще, если вы обратитесь в нашу хозяйственную службу. Участок так и называли: «Полигон Логиновой».

Глаша быстро накидала информацию для Артёма и воззрилась на Полякову.

— А что стало с Димой и Пашей?

— Ну, Дима пошёл по учёной стезе, добился высоких результатов, потом эмигрировал в Китай, кажется. А Павел, — женщина задумалась, — закончил учёбу и как-то растворился в жизни. Я о нём давно ничего не слышала."

"— Можете мне написать полные данные и того и другого?

— Милая, ну это тогда в ректорат. Я скажу год выпуска и фамилии.

— Спасибо большое, вы нам очень помогли, — покачала головой Глаша.

— Что же вы даже не поели? — улыбнулась женщина. — Здесь чудно готовят. Я не большая мастерица в кулинарии, поэтому девочки для моего желудка стараются.

— Простите, — Глаша набрала номер телефона и проговорила, — Рома, говорят, ты жаждал работать?

— Привет, Глафира. Руки и голова работают, — хрипло ответил Латунин.

— Ок. Тогда попрошу, чтобы тебе привезли ноут, а ребята-айтишники скинули записи Соболева про Логинову.

— Что искать?

— Рома, всё, что есть и за что уцепится твоя профессиональная чуйка. Эта инфа всплыла только сейчас.

Глаша повесила трубку, отогнала чувство неясной тревоги, которое возникло после того, как они покинули этаж, где располагался кабинет Поляковой. Глафира была почти уверена, что она проходила свой смертельный квест как раз на «Полигоне Логиновой», и Лисицына вполне могла быть там сейчас.

— Спасибо вам большое, — сказала Глаша.

— Я, кстати, кое-что ещё вспомнила. Несмотря на Пашино отцовство, Дима был тоже недоволен решением Инессы относительно ребёнка. Но между ними что-то такое произошло, что не только надломило отношения, а, я бы сказала, уничтожило, — Полякова вздохнула.

— Я поняла вас, — Глаша встала, улыбнулась женщине и уже хотела идти к выходу, как Полякова сказала:

— А я говорила, что у её сына тоже открылись недюжинные способности и Илья учился в наших стенах?

— Как звали сына Инессы? — замерла Глафира.

— Илья. Он потом работал в Ботаническом саду в Санкт-Петербурге. Я знала судьбу мальчика, но, конечно, не распространялась. Печально, но мне рассказали, что он сравнительно недавно погиб.