На некоторое время квартира моей клиентки превратилась в скотный двор: здоровое ржание вооруженных жеребцов за столом перекрывалось поросячьим подвизгиванием хозяйки, а загорелый мужчина в голубом кукарекал петухом и хлопал себя крыльями по ляжкам.

— Кто это тебе так рожу поцарапал? — вытирая рукавом потекшее из глаз пиво, спросил он.

— Вчера по ошибке кота поймал, — ответил я, догадавшись, что триумф не состоится.

Илона поперхнулась дымом и закашлялась; один из молодчиков с мастерством ударника стал барабанить по столу воблой; другой умудрился открыть две банки «Хольстена» одновременно.

Чертов Шарик с усердием, достойным лучшего применения, вылизывал себя под хвостом, усевшись посреди комнаты. Предчувствуя, что душой этой компании ему стать не суждено, я присел и достал из кармана сосиску:

— Боря, — позвал негромко, — на!..

Он вскочил, подбежал ко мне и выхватил зубами продукт вместе с целлофаном. После этого я подошел к своей клиентке:

— Будьте любезны, Илона Борисовна, распишитесь в контракте."

"Она погасила сигарету, взяла протянутые бумаги и, пробежав глазами текст, чиркнула зажигалкой. Пламя сожрало финскую бумагу вместе с печатями и водяными знаками.

«Нужно было заказать бланки из асбеста», — думал я, глядя, как в приспособленном под пепельницу рапане ежатся, будто живые, документы; в наступившей тишине слышалось их электрическое потрескивание.

— Джерри, — позвал кого-то загорелый. Через две секунды я выяснил, что тезкой мышки из диснеевского мультика был человек-шкаф. — Выброси этого Тузика за дверь!

Шкаф приблизился к столу, взял голову воблы с подноса и посвистел. Голодный пес безропотно пошел за ним, и я слышал, как снова лязгнул ригель, звякнула цепочка, а потом все повторилось в обратном порядке.

— Нельзя ли и меня за дверь? — попросил я. — От воблы заранее отказываюсь.

— А ты сядь, — властно приказал загорелый, словно я уже вступил в его партию или был должен ему три рубля. Дождавшись, когда я сяду на скрипучий венский стул, он спросил: — Кого обмануть хотел, Пинкертон?

Я перевел взгляд на Илону, но она молчала, сдерживая улыбку.

— Я никого не обманывал, — голос мой был окрашен такой искренностью, что, услышь его, Сара Бернар восстала бы из гроба от зависти.

 — Я выполнил поручение клиентки.

Загорелый перевел взгляд на Илону, она нехотя встала и направилась к двери в соседнюю комнату. Облегающие джинсы и легкая, ниспадающая складками блузка обозначила ее фигуру, при первой нашей встрече скрытую под замысловатым платьем прошедшей эпохи; такой фигурой мог бы похвастать мужчина — диспропорция плеч и бедер выдавала в ней бывшую пловчиху или спортивную гимнастку. Она широким театральным жестом толкнула дверь:

— Боря, ко мне! — скомандовала надтреснутым голосом.