По–моему, она подхватила чуму.

Он сел на деревянный стул, чтобы смотреть Лине в лицо. Он вышел из дома почему-то в нижнем белье: белой майке, напоминавшей мешок с дырками для головы и ног, и в трусах из того же материала, обнажавших его тощие ноги. Волосы он зачесал наверх, и они торчали, как пук травы, отчего и без того длинное лицо казалось еще длиннее.

— Я не знаю, о чем ты говоришь.

— Ты не знаешь о трех морах? — нарочито удивился Торрен. — И о четырех войнах? Никогда не слышала о катастрофе?

— Слышала, — ответила Лина, — но не знаю, что это такое. Я вообще мало что знаю об этом мире.

— Что ж, тогда я тебе расскажу. Нельзя же быть такой невежественной.

Лина промолчала. Ей, разумеется, не нравился высокомерный тон мальчика, но, с другой стороны, хотелось узнать все, что знали местные жители. Она согласилась выслушать его, но твердо решила ни о чем не спрашивать.

— Произошло это давным–давно, — заговорил Торрен в размеренной учительской манере. — Тогда в этом мире жили миллиарды людей. Все, как на подбор, гении. Они могли отправлять свои голоса в путешествие вокруг мира, могли видеть людей, которые находились за многие километры.

Они могли летать.

Он выдержал паузу, несомненно надеясь, что Лина как–то выразит свое изумление. Услышанное, конечно, поразило Лину, но она не собиралась ему это показывать. К тому же он мог врать. И Лина просто кивнула.

— Они создали музыку, которую ловили из воздуха, проложили тысячи гладких дорог, по которым можно было добраться куда угодно и очень быстро. Они создали картинки, которые двигались.

Он вновь помолчал, потом достал из кармана несколько абрикосовых косточек и принялся перекатывать их в кулаке.

Тут Лина не удержалась от вопроса:

— Что значит — картинки, которые двигались?

— Не думаю, что ты видела хоть одну.

 — Торрен самодовольно улыбнулся. — Огромные картинки, больше дома. Они назывались «кино». Смотришь на стену и видишь какую–то историю, с голосами и прочими звуками.

— Откуда ты это знаешь? — спросила Лина, уже склоняясь к мысли, что он не мог все это выдумать.

— Нам рассказывали об этом в школе, — ответил Торрен. — Нам очень много рассказывают о старых временах, чтобы мы этого не забыли.

— Так ты видел движущиеся картинки? — спросила Лина.

— Разумеется, нет. Для этого необходимо электричество. А его уже давным–давно нет.

Он бросил косточку в птичку, которая хотела попить воды из корытца. Косточка с всплеском упала в воду, и птичка испуганно улетела."

"— У нас было электричество. — Лина ухватилась за возможность утереть ему нос. — Мы пользовались им в Эмбере, пока оно не закончилось. У нас были уличные фонари, лампы в домах, электрические плиты на кухнях.

На лице Торрена отразилось разочарование.

— И вы смотрели кино? Лина покачала головой.